Богдан чмокнула тебя в макушку, проводила к неприметной дверце за сценой и вернулась к работе. А ты так и стояла, пытаясь осознать произошедшее.
Тебя словно опустошили. Взяли и вылили все мечтания и надежды, хранившиеся внутри, под ноги тем смеющимся девчонкам, что тыкали в тебя сейчас пальцами. А ведь каждая из них могла упасть на соревнованиях вместо тебя…
Голову обволокло тугой проволокой боли, и постоянно сужающееся кольцо вокруг твоего мозга стало выдавливать из него чужеродные мысли: «Удача — позитивно воспринимаемое событие… Опять эти мысли?! ...Возникшее в результате случайного… Отвалите от меня! ...Непредсказуемого или неучитываемого стечения обстоятельств… Отцепитесь, прошу... В жизни человека...» И они отступили.
Ты тряхнула головой, отгоняя осадок боли, которая стала уже привычной, и открыла дверь. За ней разворачивался длинный полукруглый коридор со множеством входов.
Ты пошла вперед, постоянно оглядываясь. Вскоре тебе попались прикрепленные к стене железные шкафчики. На них висели прозрачные кармашки, в которые вставлялись имена их обладателей.
Ты почти сразу же отыскала свой. Внутри ящика притаились два гимнастических купальника. На стене висело фото — на нем маленькая ты в розовом гимнастическом костюме, на шее медаль, а рядом улыбающийся дед. Прикоснувшись к шершавой поверхности снимка, ты еле сдержала подступающие слезы: не верилось, что дедушки больше нет. А ведь он любил тебя. Ну не мог же человек наигранно так улыбаться!
Ты перевела взгляд на дно ящика и заметила в груде вещей выделяющийся красный листок. Отчего-то он казался тебе знакомым. Но почему?
Где-то хлопнула дверь.
— Апстарт А, пройдите, пожалуйста, сюда! — проговорил кто-то, и ты поняла, что звуки доносились не со стороны спортзала. — Признаться, мы не думали, что вы самолично прибудете на проверку. Но это честь для нас — принимать такого важного гостя, как глава города!
И тогда твое сердце закружилось юлой: сам апстарт пришел сюда с проверкой, а Богдан сказала, что тебя здесь быть не должно! И почему только ему вздумалось идти через черный, а не главный вход?
Ты схватила письмо, затолкала его в карман свитшота и, не успев даже закрыть шкафчик, бросилась к первой попавшейся двери. Но она была заперта! Дергая за ручки все попадающиеся двери, ты стала медленно приближаться к спортзалу.
— Почему открыто? — сурово спросил надвигающийся голос, когда ты отошла на расстояние, с которого шкафчики были уже не видны.
— Это ящик исключенной из школы, — оправдывался другой. — Он бесхозный, как бывшая хозяйка, поэтому постоянно сам открывается...
Ты на всякий случай дернула еще одну дверь и вжалась в стену.
— Почему там до сих пор вещи этого ничтожества?! — рявкнул апстарт. — Уничтожить!
— Конечно! Ваше слово для нас закон, — промямлил второй мужчина.
И ты поняла: если сейчас апстарт прикажет уничтожить тебя, то и это будет исполнено. Желание апстарта — закон.
Конец ознакомительного фрагмента. О том, где можно найти продолжение, читайте в главе «Издание "Фазеров"».
Глава 8.2. Домой
Любой человек нуждается в родном доме, как малыш в тепле матери. Дом — это место, куда всегда можно вернуться. Место, где каждый предмет напоминает о ком-то. Место, где живут люди, которых мы любим. Люди, без которых мы чувствуем себя одиноко. Ведь дом — это не помещение, а его обитатели. Он всегда был источником тепла. Вот только если раньше дома согревали от холодов, то теперь — от сердечных потрясений. И не каминами, а душевным теплом родных.
Вот и тебя невидимые нити тянули туда... В место, которое было пропитано атмосферой уютного дома, хоть тебе и не хотелось так его называть. Ты не сопротивлялась, потому что где-то внутри тебя все еще горел огонек любви, который ты так отчаянно старалась потушить.
«У меня есть дом», — эта мысль искоркой просочилась в сознание, и ты почти поверила: у тебя был дом. Зефирная комната, в которой ты провела столько дней. Зачитанные до рваных краев книги: роман «Война и мир», изобилующий описаниями природы, и «История сонного царства», раскрывающая особенности Сомнус-Сити. Розовые толстовки и светлые джинсы, стопочками сложенные в пропахшем сухоцветами шкафу. Искалеченное, но при этом такое прекрасное зеркало. Журнальный столик, прогибающийся под тяжестью книг. Пересоленная яичница по утрам. Грушевый пирог, надломленный пополам. И Эмнайтик, такой неживой и такой настоящий. Даже сестрица. Все это. Оно успело стать твоим домом. И сейчас ты была готова пройти сквозь десять комнат бессонницы, лишь бы вернуться домой, повидаться с Эмнайтиком и найти ответы на вопросы, которые так тебя беспокоили.