— Какой разрыв? — тихо спросил Хмурый.
— Разрыв в континууме, — сказал Вадим, с трудом выговорив незнакомое слово.
Хмурый с Верблюдом переглянулись. — Назад, Акимов, к Объекту, — приказал Хмурый.
Когда вернулись к Объекту, Верблюд сказал: — Придется через зону, другой дороги нет. Сплошной лес.
— А тропа наряда? — напомнил Хмурый.
— Там и мотоцикл с коляской не проедет.
Завехрищев, зайдя в КПП, открыл транспортные ворота и, как только БТР въехал на территорию, вновь закрыл. Порядок есть порядок. При этом он пару раз крепко выругался.
Погрузившись в БТР, Завехрищев проворчал:
— Там крыс как собак нерезаных. Хорошо хоть трупы сми-китили убрать.
— Куда ехать-то? — поморщившись, спросил Акимов. Верблюд наклонился к нему и сказал:
— Поезжай между этими энергоблоками, а дальше посмотрим. Там тоже должны быть транспортные ворота.
Вадим взглянул на часы. Оставалось тридцать две минуты.
— Откуда там транспортные ворота? — буркнул Завехрищев, усомнившись в словах Верблюда.
— Дорога на Могильник, — ответил Верблюд.
Через семь минут они остановились напротив транспортных ворот.
Завехрищев вышиб ногой запертые на ключ двери КПП, и они вышли наружу.
Деревьев здесь не было, только невысокий, но густой мясистый кустарник, который широкой полосой тянулся вдоль периметра и у крайних вышек смыкался с лесом. Метрах в пятидесяти от периметра, там, где кончался кустарник, начиналось кочковатое желто-зеленое поле с лужицами воды, совсем не похожее на болото и потому не внушающее опасений. Дорога на могильник почти сразу от КПП плавно поворачивала влево и терялась в густых кустах.
— Марьевка там. — Верблюд махнул рукой в серую даль, туда, где в дымке мрачное, небо сливалось с болотом.
«Двадцать шагов вправо по тропе наряда, — услышал Вадим. — Затем налево в кусты. Ориентир будет обозначен черным сфероидом».
Действительно, откуда-то сбоку вынырнул маленький черный мячик и заплясал впереди на высоте человеческого роста.
Вадим отсчитал двадцать шагов по заросшей бурьяном тропинке (видно, давненько здесь не ходили) и нырнул в кустарник. И застрял.
Невидимый помощник сказал что-то на тарабарском языке, после чего кусты стали более податливыми, как густая трава.
«Предупреди своих, чтоб не растягивались», — услышал Вадим.
— Не отставать! — обернувшись, крикнул Вадим. Шедший вслед за ним Завехрищев отпрянул и сказал:
— Ты можешь не орать, Сусанин?
Все шли довольно плотно и уже вошли в кустарник, только Акимов замешкался и отстал шагов на десять. Эти десять шагов стали для него роковыми — кустарник встал перед ним неприступной стеной.
— Эй, — заорал Акимов, на что-то еще надеясь, — а я? Товарищ подполковник, подождите.
Скосившись через плечо, Вадим увидел, что Акимов бегает туда-сюда по тропе наряда, пинает ненавистную растительность, затем разбегается и прыгает. И падает животом на упругие ветки, не пролетев и двух метров.
«Не останавливаться», — услышал Вадим и понял вдруг, что потерял маленький черный шарик. Только что он был впереди в трех метрах, а теперь пропал. Дернуло же его оглянуться!
— Товарищ подполковник, — взывал запутавшийся в ветвях Акимов.
— Слушай, ты, заткнись, а? — подал голос один из «понятых». — Сам виноват.
Откуда-то снизу вынырнул и завертелся вокруг собственной оси маленький сфероид.
— Плотнее ко мне, — сказал Вадим. — Не останавливаться. Наконец кусты остались позади, и они вышли на болото.
Воды здесь было много больше, чем ожидалось. Кочки тонули под тяжестью тела, но, к счастью, не до конца, где-то там застревали, и ноги оказывались по щиколотку во взбаламученной жиже. Увидев, что все вышли на «ровное» место, Акимов заголосил, как помешанный, пустив в ход самый убойные, самые непотребные слова.
— Не психуйте, Акимов, — сказал Хмурый. — Выберемся, обязательно вам поможем. Отъезжайте от Объекта как можно дальше и ждите.
— Чтоб те лопнуть, — отозвался Акимов. — Чтоб те треснуть. Чтоб те не выйти из этого болота.
Вскоре Вадим почувствовал усталость. Балансировать на неверных кочках становилось все труднее и труднее, к тому же приходилось непрерывно следить за маленьким сфероидом. А тут еще бесполый подсказчик принялся нудеть: «Быстрее, быстрее, осталось пять минут».
— Хоп, — сказал вдруг сзади кто-то из «понятых», и Вадим услышал приглушенный всплеск. — Дай-ка руку, приятель.
Второй «понятой» промямлил что-то невразумительное.