Доротея добавила в чашку сахара и снова отпила. Вкус лучше не стал.
– Хм, Роберт, а с чего ты решил, что я не из местных?
– Уж прости, но я один из местных и поэтому знаю, как они себя ведут.
– Так значит ты местный – ее глаза снова отдали маниакальным блеском – расскажешь что-нибудь интересное?
– Ты еще не ответила на мой вопрос.
Доротея прищурила глаза и направила ложку в сторону Роберта.
– Это какой-то допрос? Разве так следует общаться с девушкой, которая любезно предоставила свой номер?
«Чертовка! Но мне нравится ее манера общения»
– Ладно, давай ты ответишь на мой вопрос, а я в свою очередь на один твой.
– По рукам! – она отставила чашку в сторону и откинулась на спинку стула – Я уже говорила, что люблю острые ощущения? Но не только в книгах. Мое хобби, это туризм по жутким и мрачным местам. Я уже много где побывала. Слышал про Армина Майвеса?
– Каннибала что убил и съел человека?
– Да! Вот только человек тот был добровольцем, он хотел, чтобы его съели – она говорила про это с таким интересом, как будто пересказывает любимую серию мультфильма. Щеки ее раскраснелись, голос возбужденно дрожал – Так вот я побывала в том самом доме, видела комнату, где все это произошло. В таких местах все ощущается по-другому. Жуть берет такая, что леденеет кровь в венах. Но когда ты там, на месте ужасного убийства или самоубийства, начинаешь понимать, что мир не такой радужный. Все равно, стакан наполовину полон или наполовину пуст, главное, что на дне у него отвратная, гнилая муть.
Роберт взглянул в сторону кассы. Чуть дальше располагалась кухня, дверь была открыта, и он отчетливо видел, как кухарка, принимавшая у них заказ, сейчас неотрывно на него смотрит. В руках у нее был огромный, кухонный нож.
«К слову о каннибалах – он мысленно улыбнулся – Ей что, приглянулись мои филейные части?»
– Так, значит ты любительница мистики?
Девушка скривила моську, изображая несогласие.
– Нет, несуществующая паранормальщина меня не интересует. Я именно за проявления жестокости человеческого сознания. Оно действительно реально и такие люди среди нас.
«Да, одна такая стоит сейчас с ножом в руке»
– И ты приехала сюда, чтобы поглазеть на итог проявленной жестокости?
Доротея щелкнула пальцами.
– Бинго! И ты мне в этом поможешь.
– Слушай, я не знаю, что ты там себе напридумывала – Роберт посмотрел в окно, на улице не было ни души – но город этот ничем особым не выделяется. Он точно такой же, как и все.
Доротея ошарашенно посмотрела в его сторону.
– Но как? Я наткнулась на довольно маленькую, но излагающую всю суть статью в интернете. Там говорилось об убийстве и последующем самоубийстве. Подробностей было не много, но они были довольно жуткие.
Слова, сказанные девушкой, отозвались в Роберте волной мурашек и в столовой сразу стало как-то неуютно.
– Я помню те события урывками, видимо мозг пожелал избавиться от подробностей. Но то, что я помню, так это вполне обычное самоубийство, ничего более.
В этот раз лицо Доротеи напряглось в раздумьях.
– Хм, помнишь урывками? Я читала много книжек про всякого рода искажения в памяти, да и не только – она взглянула Роберту прямо в глаза – может у тебя амнезия? В результате какого-то болезненного опыта или травмы, ты просто забыл часть воспоминаний?
– Это не мешает мне жить.
В голове тут же всплыли фрагменты из кошмара, но теперь к ним примешивалось что-то еще. Разговор взбудоражил ту муть, что все эти годы хранилась на самом дне, в полном покое. А теперь на место штиля пришел легкий, предвещающий бурю ветерок.
Голова разболелась, в ней стали возникать голоса.
«Тебе нельзя туда ходить! Понял?»
«Кажется это был нервный срыв. Такое случается»
«Эй, ты же меня не оставишь?! Я боюсь, мне страшно, забери меня с собой!»
Вихрь из фраз и образов, достиг своего пика. Доротея стала нечеткой, все поплыло. Он терял сознание, но перед тем как отрубиться, в голове возникла мысль:
«Нельзя заходить в подвал!»
***