Так, ведомый размышлениями, Роберт оказался на площадке, что раскинулась вблизи котлована. В округе не было ни души. Лавируя между качелями, турниками и песочницей, он добрался до лазалки. Примитивное строение из множества перекладин, уходящих сначала вверх, а потом вниз. В детстве она казалось такой неприступной, но тем не менее желанной для каждого уважающего себя мальчугана. Теперь же совершенно не впечатляла. Обычный, холодный кусок металла, которых полным-полно в мире. Как же быстро меняются взгляды на жизнь.
Внезапно глаза Роберта, выхватили какое-то движение на самой вершине котлована. Сначала ему показалось, что это игра света-тени, но чем сильнее он вглядывался, тем отчетливее виднелась фигура человека. Это была женщина, одетая в какие-то лохмотья. На некоторых участках ткани вовсе не было, оголяя синюшную кожу.
Женская фигура, не обращала внимания на Роберта, продолжая шагать по краю кратера. Эфемерная для окружения, но такая реальная для глаз Роберта.
В груди что-то сжалось, живот предательски заболел, но тело направилось к фигуре. Забравшись на котлован, он робким шагом приближался к женщине. В ушах звенели цепи, тело выплевывало липкий пот, а в голове раздавался жалобный вой, переходящий в крик. Он нарастал, становясь настолько невыносимым, что пришлось зажать уши, в надежде приглушить вопль, но это не помогало. Голова раскалывалась, ноги подкосились, и он упал на колени. Фигура остановилась и звон цепей прекратился, но стоило ей развернуться и направиться к Роберту, как те зазвенели с удвоенной силой. С каждым ее шагом симфония ужаса и звона, становилась все сильней. Глаза вылезали из орбит, рот открывался и закрывался, как у рыбы, которую вытащили на сушу. В поле зрения показались босые ноги. С огромным усилием подняв голову, взгляду предстало изувеченное нечто: разодранные до мяса ногти, содранная на запястьях кожа, черная дыра вместо рта, верхнюю часть лица закрывали спутанные, редкие волосы.
Если бы Илион Сайфер, способен был увидеть то, что происходило на краю котлована, он не раздумывая, взялся за кисть. Охваченные мраком тени – одна прижимая уши, стояла на коленях – другая, прозрачная и нечеткая стояла рядом, как божество, неоспоримая власть и контроль над склонившейся в агонии фигурой. Поистине, прекрасная картина!
Постояв какое-то время над Робертом, женщина развернулась к котловану, сделала шаг и упала вниз, растворившись еще до того, как достигла дна.
Роберт отнял руки от ушей и его тут же вырвало. Он кренился набок, сознание угасало. Перед тем как лишиться сознания, Роберт заметил человека у лазалки, тот смотрел прямо на скрючившегося Роберта. В руках незнакомца была переносная тележка и поблескивающий в свете фонаря топор. Странное сочетание, но тем не менее, так все и было.
***
– Он уже второй раз так отключается. Что думаете? – голос исходил откуда то издалека.
– Такое бывает – второй голос был тусклый и безжизненный – Городские. Привыкли нюхать воздух с примесью говна в атмосфере, а когда на свежий воздух выбираются, то просто не верят, что такое возможно.
– Разве он не из местных?
Это был определенно женский голос.
– Да что вы? – в нос ударил едкий, зловонный запах – Вот, уже просыпается.
Продрав глаза, первое что увидел Роберт, это волосатую руку, держащую флакон. В поле зрения показалась лохматая, небритая рожа. Взгляд был усталый, под глазами залегли огромные мешки.