–Вот здесь, – Вероника обвела на карте круг синим фломастером, – есть дачный посёлок, где у Дьякона дом. А в районе этой деревни, – девушка начертила крест на точке, подписанной как «Александровка», – у того же Дьякона что-то вроде фермы или хозяйства, возможно, какие-то теплицы. Нам не удалось полететь на дроне ближе – его сбили. В городе тоже есть пара мест, где могут держать Егора. Но я не думаю, что он остался в городе и до сих пор не нашёл способа сообщить о себе родным.
–Он может быть просто не в состоянии, – произнесла Оля и сама испугалась своих слов.
–Не думаю, что его держат в городе. – Согласился Паша с предположение Вероники. – Слишком рискованно.
–Барон не очень здоров ментально, не забывайте об этом, – вставил свои пять копеек Рома.
–Даже если он псих, то не надо считать его дураком, – парировал Паша. Вероника откинула за плечи скатившиеся локоны, и слегка смутилась, поймав восхищенный взгляд мало знакомого мужчины. Ей показалось, что она даже покраснела. Паша уловил несмелую симпатию красавицы.
–Нет, он далеко не дурак! Он непредсказуем и хитер, – Вероника одобрительно кивнула Павлу, – как многие психопаты.
Оля вытянула ноги и откинулась на локти. Спина заняла от неудобного сидения на полу, живот снова стал твёрдым. Через полчаса обсуждений, Вероника решила привлечь к «операции» коллег, чтоб располагать оборудованием для наблюдения и съёмки, но Паша был резко против участия посторонних.
–Если Барон настолько серьёзный человек, как ты говоришь, то не стоит вмешивать в это дело других людей, подставляя их под гнев.
–Но без этого наши шансы на успех близки к нулю! – вскричала Вероника, взвившись фурией над сидящими на полу. – Мы должны просить помощи у всех, в ком можем быть уверенными! С полицией всё неоднозначно, ведь мы не можем сказать, кто связан с Бароном, а кто нет. Мои коллеги с ним не связаны!
–Ты не можешь этого точно знать! – Павел поднялся и, разминаясь, сделал пару наклонов в стороны, – У любого человека есть цена, нужно только её угадать.
Вероника была сердитая и почти обижена. Напротив неё стоял высокий мужчина, открыто выражавший недоверие к её словам. Да как он мог! Сомневаться в её решениях и выводах?!
В глазах Павла – в незримых их уголках – гуляли черти. Он противоречил любому её слову, доказывая свою силу и разум. Пусть они схлестнулись с психопатом, -пусть! – но эта великолепная женщина должна стать лишь его!
Роман смотрел на карту. Четыре крестика и два кружка на ней показывали, что их ждёт увлекательное и не совсем приятное путешествие. Оленька выглядела уставшей и печальной, хотя и более оживленно, чем раньше. Но оживление это было скорее нервное, и не придавало очарования бедному личику Русалки.
–Ты проверял утром пакет? – Оля тронула холодными пальцами руку Ромы.
–Нет, это лишнее и может привлечь ненужное нам внимание. Старшая по дому у нас – Шерлок в юбке! Она способна подглядывать и подслушивать на расстоянии сотни метров.
–О! Такой человек нам бы точно пригодился! – рассмеялась Оленька и ткнула пальцами Рому в плечо.
Паша сложил карту и кинул в сумку, где уже лежали несколько бутылок с водой и остатки еды. Команда готовилась к выезду по первому адресу, где мог ждать помощи Егор.
3.3.
Был почти полдень, город стоял в одной громадной пробке, охватившей в тугое кольцо все дороги. Снег сыпал который день, дорожные службы и не пытались сохранить лицо или создать видимость работы: на весь город лениво пыхтел один тракторок, сметая сугробы от бордюров к центру дороги, где они превращались сначала в серое месиво, а потом растворялись под кузовом очередного прикованного к месту автомобиля.
Пуховик трещал по швам: молния так и норовила разойтись на животе. Оля, разгоряченная и взбудораженная, припала лбом к холодному стеклу. Ехать решили на машине Паши. Рома сел на переднее сиденье, девушки разместились на заднем. Вероника лениво двигала пальцем по экрану телефона, поглядывая в зеркало заднего вида на мужа. Временами Паша ловил её взгляд, и тогда девушка отводила глаза, а он довольно улыбался. Сердце Оленьки билось сильнее с каждым столиком километра, высившимся на обочине, и когда машина миновала цифры «128», оно затрепыхало в горле.