— Теперь с тобой, — он внимательно посмотрел на меня, изучая цепким взглядом мое лицо.
Потом, решив что-то для себя, щелкнул пальцами и тут же из соседней комнаты материализовался слуга — тот самый, что вчера заглядывал в дом Зверева, интересовался, где остановиться.
— Анисим, неси карту, — приказал дед, которого я не воспринимал как пожилого человека.
По сути мы с ним ровесники и сейчас мне очень трудно было изображать из себя подростка.
Тем временем Анисим принес тубу, достал из нее свернутую в рулон карту и расстелил на столе.
— Экзаменовать тебя буду, — сообщил старик.
— Иван Васильевич, — впервые за всю беседу подал голос Зверев, — парнишка вполне для своих лет образован. Собирается сдавать экстерном весь курс реального училища.
— Образование не в училищах, и не в университетах, — он ткнул пальцев в карту. — Вот где реальное образование. На земле, в горах, в заводах. Что толку, что я своих выучил? Один едва от меня оторвался, тут же девку чудскую подцепил. И где только он ее выискал⁈ А второй? Того хлеще, содомит, — и он в сердцах сплюнул. — А дочь вроде за правильного человека замуж отдал. Братья мои сильно хвалили его, ручались, мол человек нужный, не бедный, со связями, дворянин. А вышло что? Фармазон!
— Иезуит, — пряча улыбку, поправил его Зверев.
— Да какая разница? Христопродавцы они все! Еще и сборище проводят бесовские в особняке их московском. В другие времена я бы его вот этой тростью отходил, да забрал дочь домой. А сейчас что у нас? Культура у нас, воля у нас, только зачем она бабам?.. Я дочери дом в Санкт-Петербурге купил, на Большой Морской улице, только бы выдернуть ее из Москвы. Приехала, да недолго порадовался, опять вся эта масонская свора у них собралась. Меня она даже на порог не пустила. Это меня? — он сжал пальцы в кулак и стукнул по столешнице. — Родного отца в дом не пустить? Вот и получается, — он снова взглянул мне в глаза, — что ты, Федор, у меня единственная надежда осталась. И внука я уж не упущу, поверь мне.
Я удивленно поднял брови, невольно представив, какими «методами» будет пользоваться этот самодур, чтобы «не упустить внука», то есть меня. Выход мне виделся только один: либо мы на равных, партнерских отношениях, либо хоть сбегай. Но прятаться от серьезных задач я не привык. Поэтому встал, развернул карту так, чтобы всем было видно и, показывая пальцем, начал говорить:
— Рассказывать можно долго. И, понимаю, расположение рек и координаты городов вас не интересуют. Поэтому главное. Лена. Ленские золотые прииски. Основное золото, верховое, снято. Нужно лезть вглубь. То есть ставить драги, и не простые, не те, что вы используете. Нужны американские машины, мощные. Да, они дорогие, но выход золота повышается в разы. Другое дело, что рекам в районе месторождения конец придет.
— Да что ты мне про эти реки? На наш век хватит, — отмахнулся старик, запоминая места, которые я показывал на карте. — Ты уверен, что месторождение в этих границах?
— Уверен, — ответил ему. — Но о Ленском месторождении мы с вами еще поговорим. Теперь дальше. Уральские заводы — Невьянский и Алопаевский. Технологии устарели. Бельгийцы сейчас предлагают более интересные способы. Дальше — вот здесь, — я показал пальцем на карте точку в районе Южного Урала, на месте нынешнего Магнитогорска. Хотя, какого нынешнего, еще и в помине нет ни города, ни промышленности.
— И что здесь? Горы, лес, на границе леса — степь. Река Урал течет, — дед внимательно смотрел на карту.
— Гора Магнитная, — сказал я. — Думаю, объяснять то, что здесь гигантские залежи железной руды, не надо?
Рукавишников уже смотрел на меня с восторгом.
— Если подтвердится, то возьму тебя компаньоном, хоть ты еще и зеленый, — сказал он. — Тогда тебе и наследство мое не нужно будет, сам заработаешь мильёны. Вот надо же, я то тебя поддерживал, чтобы Бога не гневить, все-таки родная кровь, грех бросать в нищете. А смотри как вышло? Ты один наследное дело будто в подарок получил, чутье родовое в тебе открылось.
Я не стал разубеждать старика, рассказывать, откуда у меня, геолога с больше чем сорокалетним стажем, тоже не стал. Просто продолжил:
— Теперь Алтай. Здесь, здесь и здесь сливки сняли, работу свернули. А пласты мощные. Полиметаллические руды. Золота тоже много, но золото упорное. Просто так его не возьмешь.