— Фабиан-тэй! Фабиан-тэ-э-эй!
И для кого, спрашивается, он вешал серебряный колокольчик?!
— Стой здесь! — приказал ректор Эри и кинулся в прихожую открывать.
Если студенту приспичило зайти, то делать вид, что никого нет дома, бесполезно. Только бы Эри не успела перепрятать клинок!
— Я занят! — торопливо выдал Фабиан, отперев замок, но все надежды поскорее отделаться от гостя осыпались в прах.
На пороге стоял и улыбался во весь рот не кто иной, как Нарт Гульдброк. Племянник короля драконов и по совместительству сын лазурной феи. Самый болтливый представитель обеих рас.
— Фабиан-тэй! — радостно повторил Нарт, бесцеремонно ввалившись в прихожую. — А я только услышал, как вы играете — и сразу к вам! Мама передавала привет и вот еще письмо… — Он пихнул ректору свиток с печатью короля. — Как же я соскучился! Может, чайку с вами выпьем? В драконьей академии такую бурду пьют, вы себе даже не представляете!
— Подожди, — спохватился кронфей. — У меня дела… Совещание… Гости!
Но остановить Нарта могло, пожалуй, только землетрясение. Хотя… Нет, и оно не могло.
Парень, не обращая внимания на отговорки и просьбы, буквально вломился в гостиную.
Фабиан зажмурился, готовый к неудобным вопросам, скандалам и визгу Эри. Самая настоящая катастрофа нависла над уютным особнячком ректора.
— Ну как же вам не стыдно, Фабиан-тэй! — с укором протянул Нарт.
— Послушай, я все могу объяснить…
— Да чего тут объяснять! Гостей-то никаких нет! — Парень взъерошил лазурную шевелюру и вздохнул. — А я-то думал, вы будете мне рады…
Забыв о приличиях, ректор отпихнул Нарта и ворвался в комнату. Она была пуста. Только тающие искры все еще плавали под потолком, да ветер из распахнутого окна трепал занавески.
Эренида Янброк сбежала.
Глава 5
Эренида Янброк
Раньше я думала, что никого не смогу ненавидеть сильнее Морка. Ха! Просто тогда мне еще не повстречался этот несносный белобрысый тип. Фабиан Магнолли. Как дорого я бы заплатила, чтобы собственными руками выбить это имя на каменном надгробии! Я бы даже почтительное «-тэй» добавила, по такому случаю не жалко!
И откуда у него этот уникальный дар все время выставлять меня беспомощной? Как сумел разнюхать про мой стилет? Музыкант же вроде, а не прорицатель! Я постоянно, каждую секунду с самого Фервира чувствовала на себе взгляд Фабиана, и гадкий фей читал меня, как раскрытую книгу.
Его ледяные глаза будто просвечивали насквозь, не спасали даже мамины сорочки и подъюбники. Знала бы, что эта груда тряпья настолько неудобна, ни за что бы не надела! Все равно меня не покидало ощущение, будто я расхаживаю перед ректором голышом, хотелось спрятаться или окопаться в укрытии. Не из-за стыда, нет, вот еще! Стану я стесняться! Просто Фабиан превратил меня в улитку без панциря, — куда ни глянь, одна сплошная уязвимость. И еще Шасть подкинула проблем…
Вот в моем военном мундире, к примеру, было полно карманов. На все случаи жизни: большие, маленькие, и, главное, с огнеупорной подкладкой. Хоть саламандру туда посади, хоть раскаленных углей насыпь — никаких тебе неудобств! А нести Шасть под платьем, как выяснилось, идея на редкость дурная.
Мы заранее обговорили: до самого общежития никаких искр, пламени и дыма. Но ящерка мало того, что елозила по мне без конца, обдавая жаром своего юркого тельца, так еще и в итоге забралась в панталоны.
Вам когда-нибудь казалось, что вы сидите на жерле вулкана? Мне вот в кресле ректора довелось испытать нечто очень-очень похожее. И мне еще повезло быть дочерью дракона, никто другой бы точно не вытерпел!
Я чудом удерживалась за подлокотники, переносила вес то на одно бедро, то на другое. Боялась раздавить эту мелкую огненную поганку и прожечь в себе сквозное отверстие. А Шасти хоть бы хны! Уж не знаю, уснула она там, уютно свернувшись клубочком, или приплавилась к моей заднице, но терпежу выяснять подробности у меня не осталось.
Вывалившись из окна ректора в колючие розы, — да, про них тоже стоило что-нибудь написать на надгробии, — я поспешно оценила местность и узрела Его. Фонтан. В ту секунду мне померещилось, будто я слышу пение боевых горнов отца. Чуть не всплакнула от счастья!
Фонтан был, конечно, небольшим. Так, лохань в виде морской раковины и по центру — рыбка, плюющая водой. Но мне хватило и этого. Ломанулась к заветной прохладе, перемахнула через бортик… «Пш-ш-ш!» — именно так прозвучало мое блаженство.