Собственно, именно любовь к порядку и умение следить за собой помогли Фабиану стать идеальным ректором. Это советники королевы могут закрыть глаза на мелкую оплошность своей правительницы. И если, к примеру, она ненароком наступит в какую-нибудь кучку, — мало ли в кронфейских садах пегасов и единорогов! — непременно найдется подлиза-придворный, готовый записать неподобающий запах на свой счет. Но студенты — народ жестокий. Начнут хихикать, шушукаться, придумают обидное прозвище… А где насмешки, там никакого авторитета.
Теперь же авторитет ректора трещал по швам. Да, в компрометирующей ситуации его застукали не ученицы, но уж лучше бы они, чем профессор Бургунди! Сейчас Фабиан предпочел бы смешки и глупые намеки, потому что Саэлей-тэй был скор на расправу. И ведь он ни за что не поверит, что Эри поцеловала мужчину сама! На такие вольности не пошла бы ни одна нормальная фея в здравом уме. Ох, вот только где Эренида Янброк — и где здравый ум…
— Я задал вопрос, — требовательно пробасил профессор Бургунди, — и жду объяснений.
Фабиан и рад был ответить старику что-нибудь внятное, но этот короткий поцелуй подействовал на кронфея, как вспышка молнии. Считанные мгновения! А перед глазами плыли радужные круги, мозг превратился в перебродивший пунш, сердце… Вообще-то феи не сильны в прорицании, но Фабиан почти не сомневался: рано или поздно Эри его прикончит. Не мечом, так поцелуями. Ну, или словами: пока ректор размышлял, как будет правильнее выйти из этой ловушки с честью, розовая перехватила инициативу.
— А почему мы должны что-то вам объяснять?! Хотим и целуемся, это вообще не ваше дело! — с вызовом выступила драконица. — Я ж полы тут не испачкала, ничего не сломала. Даже оружия при мне нет! — И она демонстративно похлопала себя по бокам. — Между прочим, это вы ворвались в чужой дом!
Тот факт, что несколькими минутами ранее Эри сделала то же самое, ее, похоже, ни капельки не смущал. Что ж, если до этого Фабиан чувствовал себя пассажиром повозки, летящей в пропасть, то сейчас на дне этой пропасти еще и заточенные колья нарисовались.
Морщинистые щеки Саэлея затряслись, глаза налились кровью, кустистые брови ощетинились.
— Я не ворвался! — прохрипел он, брызжа слюной. — И я не к тебе обращался, юная фея! За такие нелепые… За такие… — Старик чуть не задыхался от возмущения. — Выговор! Замечание в личное дело! Неделя дежурства…
Вот тут-то Фабиан, наконец, очнулся. Несмотря на все свои проступки, Эри не заслуживала наказаний. Точнее, отчасти, возможно, заслуживала, и прежде ректор сам внес бы нужную запись в ее папочку, но… Эренида и без того была на грани. Не каждый взрослый мужчина выдержит такие потрясения! Да, она воспринимала все слишком остро, реагировала слишком бурно, однако конкретно сейчас ею двигали не злость и не желание кому-то навредить.
— При всем уважении, Саэлей-тэй, никаких замечаний Эри не получит, — уверенно произнес Фабиан. — И дежурство отменяется.
— Но такая дерзость… — опешил профессор. — Неслыханно!
— Она немного взволнованна, и это можно понять. Я перешел границы. — Фабиан поплотнее затянул пояс халата. — Мне не следовало целовать ее, но я поддался порыву. Эренида, прими мои искренние извинения, больше такого не повторится. Ты можешь идти.
— Нет, подождите! Что за ерунда?! — вспыхнула розовая. — Мы оба знаем, что я…
— Что ты благочестивая девушка, достойная дочь своего отца, — перебил Фабиан, бросив на Эри предупреждающий взгляд. — А теперь иди!
— Но вас же отстранить могут! — уперлась Эри, и Фабиану на мгновение подумалось, что парочка хорошеньких рожек ей бы очень пошла. — Я читала правила, я знаю!
— Отстранить! — хмыкнул Саэлей. — Уволить без права на преподавание — это уж как минимум, я об этом позабочусь! Лично напишу прошение в попечительский совет. Совращать студенток прямо на территории академии… Да, Фабиан-тэй, я был о вас лучшего мнения! Как ловко вы все провернули, а? Настроили профессоров против этой несчастной девицы… Чтобы от нее держались подальше? Чтобы никто не заметил ваших грязных поползновений? «Склонна к агрессии, дерзости, сквернословию…»
— Вот как?! — живо заинтересовалась Эри. — Он все это про меня говорил? Удачно я заглянула на огонек! — И она, подбоченившись, воинственно уставилась на ректора.
Как там гласит старинная фервирская пословица про молот и наковальню? По ощущениям Фабиан оказался именно там.