— Ага, бессовестные, — я насмешливо прицокнула и даже головой покачала. — Но это во вторую очередь. Во–первых, сказали про «найдете лучших друзей». Даже про хаффлпаффцев о друзьях ни слова не сказали. Как думаешь, это для красного словца или?.. — Суровый взгляд профессора прямо кричал: «Не вынуждайте меня ругать вас вслух, молодые люди, иначе пожалеете». Мы послушно замолчали.
Я даже глазки в пол опустила, вместо того, чтобы, как собиралась, тишком развернуться и поразглядывать учителей. Выпрямилась только когда распределили Грегори. В поезде мы с ребятами решили, что глупо поддаваться «хаффлпаффским порывам» и отправляться на какой–либо факультет просто за друзьями. Мальчишки вместо этого дали торжественное обещание дружить друг с другом, куда бы ни попали, вопреки даже запретам и бойкотам. Надеюсь, до серьезных осложнений не дойдет, но тоже не собираюсь придерживаться странной, явно искусственной вражды. И вот, Грегори отправился на Слизерин. Винсента–то на Хаффлпафф распределили, с ним не раздружишься, на какой факультет ни попади. Но Невилл говорит, что, если кто–то из нас окажется в противоборствующей паре Гриффиндор — Слизерин, к нам гарантированно будут цепляться старшекурсники и даже, может быть, старосты. Я вновь перевела взгляд в пол, надеясь, что нам не придется расставаться. Неожиданно быстро я привязалась к этим мальчишкам. А обиднее всего будет расстаться с Невиллом — я все еще рассчитывала на спарринг. Так я и простояла послушной пай–девочкой до того самого судьбоносного момента.
— Гермиона Грейнджер!
Выходить на дорожку под любопытными взглядами мне не впервой. Запинаться и медлить от волнения не стану. Я быстро преодолела расстояние до табуретки, уселась на нее и живо натянула колпак на голову. В принципе, учебная программа везде была одинаковой, в какой комнате спать — мне было абсолютно все равно. Хотя хотелось не в Гриффиндор, конечно. Слишком уж он, как я поняла, воюет с факультетом Грега.
— Не Гриффиндор, да? — раздался голос в моей голове. Я, хоть и ждала чего–то подобного, но на стуле от неожиданности подпрыгнула. — Хороший ум, достойная верность и осторожность тут. Взрослых неимоверно сложно распределять… У детей границы черного и белого более четкие, да и остальных цветов в картине мира куда меньше. Но Слизерин тебе не подходит, для Хаффлпаффа ты бываешь слишком пристрастна, особенно когда речь заходит о семье и друзьях…
— Там же ценят верность и упорство!
— Не в таких масштабах. К тому же, их верность не простирается до «за друга убью и солгу, и украду». Барсуки более законопослушны.
— Значит, Слизерин?
— Я, кажется, четко дал понять, что нет. Это не для тебя. Для тебя — Гриффиндор. Что скажешь?
— Скажу, что должна тут выучиться на героя. Туда меня и толкает активно судьба. Что ж, надеюсь, это не рассорит меня с Грегори. Я целиком доверюсь вашему мнению, любезный колпак.
— Приятно, хоть и не стоило при таком решении отнимать у меня столько времени.
— ГРИФФИНДОР!
Слегка расстроенная, я встала, переложила колпак на стул, слегка поклонилась ему, потом учительскому столу и отправилась выбирать себе место за столом львов. Интересно, найдется ли среди моих новых друзей еще хоть один герой–гриффиндорец? Может, Гарри?
Глава 4
Я сидела в гостиной своего факультета, лениво листая учебник по истории. Драко, как обычно, возился у зеркала в спальне мальчиков. Уйти без него я не могла — наверняка ведь найдется псих–старшекурсник, который к нему прицепится. Живем, как на осадном положении, а декану и дела нет. Эх!
Я, если честно, тогда на распределении не знала, что надо особо удивляться. А вот остальные — кристаллизировались и выпали в осадок.
Просто Гоголь. Немая сцена. Малфой на Гриффиндоре. Колпак пробыл у него на макушке секунд десять–пятнадцать. Я потом спрашивала у ребят — оказалось, только я смалодушничала и попробовала выпросить себе факультет поудобнее, а остальные, как и уговаривались, садились на табуретку с мыслью: «Выбор за вами, любезный Колпак». Он и расстарался. Когда Поттера отправили на Слизерин, в зале начался сущий ад. Вопили даже, что мальчишек перепутали. Интересно, как можно блондина с брюнетом перепутать? Да еще с особой приметой в виде шрама.
Директор подорвался с места, галдели профессора, орали студенты. Дамблдор и еще один препод — мрачный мужик в черной мантии — накладывали диагностирующие заклинания на Поттера, Малфоя, еще почему–то на рыжих близнецов с Гриффиндора. Результата, естественно, не получили. Ведьма, которая нас встречала, махала палочкой над колпаком Гриффиндора (так ему, шутнику недоделанному!), директор попытался проверить кого–то с факультета Слизерин, но луч заклинания попал в тюрбан задохлого и трясучего профессора, который сидел как раз на пути к слизеринским столам и не ко времени решил то ли встать, то ли упасть.