Найдя свободное время, двое из четырех ведьм отправились в место, в котором в ближайшее время будет произведен ритуал. Среди длинных деревьев и выжженных кустов Лукерья и Алира шли в сторону лунной пещеры.
– ты уверена, что это место должно быть в лесу? Может вселить Пантею в тело одной из фей можно и в другом месте? – интересуется Лу.
– а может мы не будем ходить вокруг да около, да просто вселим ее в твое тело? – притормозив, сказала Алира, усмехнувшись.
Лукерья заметно опешила
– расслабься, Лу, я пошутила. Это место точно должно быть в черном лесу, на это указывает кристалл и книга воскрешения, – продолжила девушка.
Вскоре девушки нашли окутанную зарослями пещеру и давно засыпанный камнями вход в нее.
– надо пометить это место магией, чтобы в нужный час мы без труда смогли вернуться сюда, – сказала Алира, ожидая какой-то ответ от спутницы, но Лукерья не нашла что ответить.
– в чем дело, Лу? – обернувшись, Алира увидела Скарлетт, которая всю дорогу незаметно шла за девушками.
– проклятье! – молвила Гордлесс.
– так зачем вам сюда возвращаться, Алира? – строго спросила старшая ведьма, сложив руки перед грудью.
Две ведьмы переглянулись, после чего начали атаковать профессора.
– что вы творите?! – создав вокруг себя слабый барьер, спросила колдунья.
– избавляемся от препятствий, – ответила Лукерья, разбив щит мисс Гарнесс.
Старшая ведьма попыталась создать темную сферу, чтобы обезвредить опасных студенток, но черная магия Алиры опередила ее. Рыжая ведьма махнула перед носом женщины рукой, после чего та отключилась.
– и что нам теперь делать с телом? – взволнованно спросила Лу.
– она еще жива. Сейчас я сотру ей память, чтобы эта кляча напрочь забыла о том, что видела и слышала, – присев рядом с спящей Скарлетт, сказала Алира.
– я не знала, что ты так умеешь.
– у меня полно тузов в рукаве, – начав колдовать над телом учителя, ответила рыжая ведьма...
Когда обеденная жара сменилась прохладным ветерком и работа в Алфеи окончилась, студенты вместе с преподавателями Алфеи решили устроить небольшой пикник в лесу для всех желающих. Пока волшебники и феи растелали мягкий плед, доставали сыр, сладости и прохладные напитки, у одинокого старого дерева расположилась Аврора. Совсем одна, как в детстве.
Гвиневра решила вновь побеседовать с сестрой. Она устала от холодных и ровных ответов сестры. Обиды блондинки поставили блок на сестринских объятьях, в которых Гвен так давно нуждается Лиддел подсела к скучающей блондинке с вопросом, – как часто ты вспоминаешь ту ночь?
– достаточно часто, – робко ответила младшая Аврора.
– ты все ещё злишься на нас? На меня? – с подкатившим к горлу комом, спрашивает брюнетка.
– не думаю это важно...
– для меня важно. Я чувствую вину перед тобой. Вину за ту ночь и все последующие..., поджав губы, добавила Гвен.
Аврора мельком взглянула на Гвен, после чего перевела взгляд в сторону.
– я не была с тобой тогда, когда ты нуждалась в этом. Прости меня, сестра! – впервые за долгое время, назвав девушку этим теплым словом, сказала Гвен.
– долгое время я не знала, как произнести эти слова. Я не видела тебя несколько лет. Несколько лет не смотрела в твои глаза. Не держала за руку, – с надеждой увидеть в глазах сестры тепло, проговорила брюнетка.
Старшая Лиддел взяла Аврору за руку, - сестра, прошу, поговори со мной!
– мне было очень тяжело. Даже сейчас мне тяжело говорить об этом. Глядя на тебя я вспоминаю, что со мной произошло.
– в лечебнице я каждый день думала почему? Почему вы меня оставили, почему вы меня забыли? – дрожащим от волнения голосом, продолжила белокурая.
Гвен крепко сжала руку сестры, смотря в ее серые глаза пропитанные обидой.
– дня не прошло, чтобы я не вспоминала о тебе. Аврора, я не хотела, – на последних словах на глазах девушки проступили слезы, - я не хотела забывать о тебе.
Фея мрака с печальным видом опустила взгляд на землю. Давящие где-то внутри груди чувства и слова сестры заставили ее ресницы намокнуть.
– я очень много лет жила со своим одиночеством. У меня нет матери, нет отца, и сестры у меня тоже не стало.
От каждого слова младшей сестры по телу Гвен пробегали мурашки.
– одиночество пожирало меня в закрытой комнате, и выйти из нее я не могла, – говорила Аврора.
– мне очень жаль..., – сказала старшая Лиддел.
Блондинка перевела мокрые от слез глаза на старшую сестру. Гвиневра вновь увидела в сестре ту брошенную девочку, нуждающуюся в ласке и заботе. Не в силах и дальше сдерживать эмоции внутри себя, брюнетка прижала Аврору к себе, наконец-то ощутив сестринское тепло.