– Как же я облажался – резюмировал Дэвид случившееся с ним за последние месяцы и опустил голову – Кажется, я разрушил свою семью.
Всю обратную дорогу он молчал и даже доверил Чарли вести машину, расположившись на заднем сидении и задумчиво глядя в окно.
– Что, может по пиву, как и планировали, я знаю тот одно заведеньице – нарочито бодрым тоном спросил Чарли, но Дэвид не ответил и отвернулся обратно к окну.
– Отвези-ка ты его домой к жене и детям – тихо попросил Рауль.
Дэвид постучался в двери родного дома. Стук получился вкрадчивым и виноватым. Там внутри слышались радостные детские крики, похоже, дети устроили игру в догонялки. На пороге показалась Мардж. Новая стрижка была ей к лицу, даже без модного платья. Для Дэвида была прекрасной и в просторном домашнем наряде и с плюшевым динозавром в руках.
– Да, что ты хотел? – памятуя их размолвку Марджери сперва нахмурилась, но взглянув на мужа изменилась в лице.
– Мне тут еще рады? – осторожно спросил Дэвид тоном побитой собаки.
Мардж улыбнулась и дотронулась до его щеки:
– Это твой дом. Пойдем, Беттани опять забрала куклу у сестры, а мне за ними теперь не угнаться.
Дэвид тоже улыбнулся и зашел внутрь. Это был первый день их и бесповоротного и окончательного воссоединения.
Но не только примирением Дэвида и Марджери был интересен этот день. Происшедшее так вдохновило Чарли, что он немедленно созвал сбор своей группы Speed в единственно доступном помещении – в квартире у Пайка.
Группа, надо сказать, не была воодушевлена порывом брата и реагировала весьма вяло. Кто-то бренчал на гитаре, Пайк дрессировал своего ученого мыша, остальные же просто молчали.
– Ладно вам, ребята! Соберитесь!
– Послушай, я согласен – надо что-то менять, но только с чего начать? – Пайк покачал головой – Может, название? Как насчет Воображаемых драконов?
– Уже занято.
– Иди ты, кто-то меня опередил!
– Лучше уедем на Мачу-Пикчу и запишем там альбом, будем первой группой, которая это сделала – предложил клавишник Хэнк по кличке «Желток».
– У нас нет денег на билеты.
– Давайте продадим почку Пайка!
– Эй! – сам Пайк вряд ли был в восторге от данной перспективы.
– Нет – Чарли поднялся – мы напишем песню.
– А разве мы все время это не делаем? – Хэнк пожал плечами – Да я на неделе уже двенадцать написал.
– То будет особая песня, совершенно не похожая на остальные, песня полная надежд, веры, но прежде всего – песня о любви. Ведь вы все любили, парни, ведь была в вашей жизни одна какая-то особенная девушка, которая запомнилась, запала в душу? Вот, чего я хочу, все эти чувства, все эти эмоции сложить в слова и положить на музыку, понятно?
Хэнк отложил гитару.
– В школе мне нравилась одна девочка, но потом она уехала учиться в другой город, я по ней тогда очень страдал.
– Замечательно!
Хэнк недовольно покосился на Чарли:
– То есть, конечно, это все довольно печально, но самое то для песни – брат схватил блокнот и вынул карандаш из-за уха – А теперь начнем…
Но, повторюсь, я ничего не знала или знала лишь в общих чертах, потому как на следующий день мы с Патриком спокойно работали. Он колдовал над очередным номером «Сада и огорода», а я разбиралась со статьей.
– Ты только посмотри! – Пат высунулся из-за монитора – Твоя подруга Элл официально зачислена в штат «ангелов» Виктории сикрет. Она примет участие в первом показе уже через неделю.
– Ты это откуда узнал?
– Она сама выложила фотку в Инстаграме с репетиции и со своим именем среди списка участниц. Хэштэг «Сдохните от зависти, сучки».
– Ты подписан на нее в Инстаграме? А на меня чего не подписался?
– Твои селфи не вдохновляют и не мотивируют.
Я состроила гримасу, отобрала у Патрика телефон, чтобы убедиться самой. Чтож, наконец-то Элл добилась осуществления мечты всей своей жизни. Возможно, ее настроение тоже улучшится и еще, возможно я узнаю, что же ее связывает с Раулем и какую тайну хранят эти двое.
От нечего делать, я стала прокручивать остальные фотки на телефоне Патрика.
– О, какое милое совместное селфи – на фото Патрик и Боб стояли в обнимку на фоне пляжа – Это когда в прошлом месяце вы ездили отдыхать? Вы такая парочка.
– Согласна – в любом другом случае, я бы наверняка заорала. Ну, а вы бы не заорали, обнаружив, что кто-то стоит прямо у вас за спиной и смотрит через плечо на экран телефона? Я не сделала этого по одной причине – то была миссис Стивенс.
Жена моего босса и негласный серый кардинал редакции сжимала в руках крошечный горшочек с цветами, кажется, фиалками. Секрет Патрика трещал по швам, и надо было что-то делать.