– Чарли, я уверена, что «Сердце в тостере» мог придумать только ты.
– Ага, ты права – он не заметил сарказма в моем голосе и довольно закивал – Де ла Росса это три отдельных слова…с двумя с?
– Да!
– Ого, есть совпадения!
– Покажи!
Мы с Тиной буквально прилипли к Чарли с обеих сторон, вглядываясь в экран. Гугл выдал всего три ссылки. Первым открылся испанский сайт.
– Ох, тут все на испанском…я поняла только Интернациональ…
– Подожди, есть английская версия – Тина попыталась переключить, но Чарли возмутился:
– Попрошу не тыкать пальцами в мой телефон…так…английская версия, переключаем…о тут его фото.
– Покажи! Покажи! – Тина запрыгала на месте.
Я заглянула лишь мельком. На фото Рауль стоял за трибуной с каким-то логотипом, видимо снимок был сделан на пресс-конференции.
– Ого…так это и есть Рауль – ахнула Тина.
– Да ладно тебе – я фыркнула – Он ведь абсолютно не похож на Антонио Бандераса, о котором ты думала, навязывая мне Рауля.
– Никого я не навязывала…и да, он не похож…он много лучше.
– Ну не знаю – Чарли пожал плечами – Я его представлял более…волосатым.
– Увеличь фото! – взмолилась Тина.
– Эй, это просто телефон, к тому же довольно старый, уж извини – чем богаты – Чарли почесал затылок – о тут есть информация о нем.
Тина прикусила нижнюю губу.
– Что? Любимый цвет? Фильм? Танцует ли он сальсу?
– Это же сайт компании, тут куча проектов… со странными и непонятными словами – дебет-кредит и все такое, видимо, он над ними работает… только и написано, что он трудится в этой компании три года…зато есть семейное положение.
– Пожалуйста! – я сложила ладони в мольбе – Пусть жена и пятеро детей.
– Разочарую, Джинни – он не женат.
Я упала на стул.
– Что ты намерена делать? – спросила Тина.
Пожимаю плечами.
– Ну, я уже придумала целых два плана. Первый – меняю имя и вступаю во Французский Иностранный легион, а второй – сбегаю в канадские непроходимые леса, где со временем нахожу свое счастье с рыжебородым лесорубом по имени Игги.
– А есть серьезно?
– Не знаю.
Чарли тоже присел, но на диван.
– А что Рауль? Он сказал что-то…после удара?
– Практически ничего…почти сразу ушел…и еще на испанском все повторял loca loca …это ведь хорошо, да…про это еще и Рики Мартин пел – Livin la vida loca.
Тина кашлянула.
– Это означает сумасшедшая.
– Эх, Рики и здесь ввел в заблуждение, а я только начала отходить от его камин-аута.
Тина присела на диван к Чарли.
– Ладно, давайте сейчас подумаем о самой пострадавшей стороне.
– Алло – я помахала рукой – Самая пострадавшая сторона пребывает здесь на кресле.
– А я думаю, это Саманта и Карл. Ведь после сцены в ресторане вряд ли Рауль будет настроен на работу. Только представь – тебя приглашают сотрудничать, ты приезжаешь в чужой город, а вместо миллионов получаешь удар в лицо.
– О нет, – я поняла – Рауль ведь теперь может отказаться от проекта. Бедная Саманта!
И я! Я собиралась улучшить свое финансовое положение за счет проекта и вернуть деньги Тине. И что теперь – самый важный бизнес-проект подруги под угрозой из-за моего фэйка.
Я вскочила с кресла.
– Так…мне надо все ему объяснить. Мне надо сказать Раулю, настоящему Раулю – что это просто досадное недоразумение и чтобы он не смел бросать проект.
– Отличная мысль! – Чарли жестом показал ок.
Я шагнула к двери, а потом вернулась к креслу.
– Только я не знаю, где он живет.
– Надо было спросить, прежде чем руки распускать.
– Тоже мне гений!
– Саманта может знать.
– Может…– я закусила губу – Только как расспросить ее, чтобы она ни о чем не догадалась? Не стану же я открыто спрашивать, – а кстати, где живет мой парень?
– Тут нужно меньше слов – чистая логика.
– С этим у меня напряг.
– Не беда – Чарли достал из-под нашего столика листы бумаги – Мы тебе суфлер сделаем.
– Готова?
Я глубоко вздохнула.
Тина и Чарли стояли напротив меня, сжимая в руках каждый по листу бумаги с подсказками.
«Говори спокойно» – написано на первом. Попытаюсь. Еще один вдох и я набираю номер Саманты.
– Привет, Сэм.
И, конечно же, из трубки послышались вопли Саманты. Я впервые слышала у нее такой недовольный и взволнованный одновременно голос:
– Вирджиния? Что случилось! Что это за сцена!
Я осеклась и повернулась к своей группе поддержки с самодельными плакатами.
Просто прочла текст, написанный Тиной.
– Это долгая история и мне очень жаль, что вы все стали свидетелями происшедшего. Это правда, мне очень-очень жаль.