Никогда даже не слышал, чтобы человеческая раса использовала темную природную магию. Но их лейфе виднее.
– Да, правда. Казнили при помощи бамбука, например. Ужасные страницы нашей истории. Пойдем в кабинет, мне нужно осмотреть тебя. – Женщина кивком приказала следовать за ней.
В кабинет! Для таких, как Синицына, кабинет – самое важное место. И меня туда пригласили, хотя я еще и пяти минут в доме не пробыл. Это уже половина задания Паби! Неужели все окажется так легко? Я мысленно поблагодарил шиповник.
Как по мне, то для директора Ботанического сада дом был явно маловат: одна большая комната, кухня-гостиная, вторая такая же разделена на две – маленькую спаленку, куда меня никогда не пригласят, и чуть более просторный кабинет, куда я уже попал.
Что удивительно, в отличие от остальной части дома, в кабинете не было растений. Ни одного цветочка. Стеллаж с книгами, плотно зашторенное окно, стол с ноутбуком, один-единственный стул, одно кресло у окна. Все в приятных коричнево-песочных тонах.
– Садись. – Синицына указала на кресло. – Я сейчас включу обогреватель.
– А то шиповник замерзнет?
Да что это со мной? Я методично и целенаправленно запарываю роль!
– Шиповнику пока все равно. – Женщина оставила атлас на стеллаже и потащила к креслу радиатор – такую батарею, которая включается в сеть. – Температура внутри твоего тела вполне комфортная. А вот ты стучишь зубами, это не даст тебе расслабиться и будет мне мешать.
И ведь ей даже в голову не пришло попросить меня помочь с радиатором. Мужчин в этом доме не было никогда. И, полагаю, не будет.
– Шнур не дотянется, – предупредил я.
– Что? – Лейфа непонимающе взглянула на меня.
– Если поставить обогреватель к креслу, длины шнура не хватит, чтобы дотянуться до розетки, – объяснил я, внутренне радуясь этому обстоятельству.
С этого места у окна мне будет совершенно не видно стол, а меня жутко интересовали фотографии на нем. Три фото в старомодных рамочках.
– Лучше передвинуть кресло сюда, – не дожидаясь разрешения, я перенес кресло к той розетке, которая находилась у двери, и подошел к Синицыной, чтобы помочь с обогревателем, – и радиатор тоже. Я помогу. Такие вещи не для женских рук.
Госпожа Синицына крайне неохотно выпустила обогреватель. Я его практически отобрал.
– Не надо всего этого, – раздраженно произнесла женщина, – мне не нужна твоя продажная галантность и лживые комплименты! – Ну и конечно, ушат презрения в качестве контрольного выстрела: – Я знаю, кто ты.
– Ничего ты обо мне не знаешь! – вдруг зло выпалил я, с грохотом опустив батарею рядом с креслом.
Что я творю? Я же с первой минуты понимал, как себя вести. С такими, как Клара, нужно давить на жалость, не поднимать глаз и ни в коем случае не перечить. Но роль мне катастрофически не давалась. Моя интуиция категорически не хотела играть со мной в одной команде, все время подталкивая меня поведению, которое в данной ситуации гарантировало провал.
Или нет?
– Ну так расскажи мне о себе, – сказала женщина, включив обогреватель и сев на стул напротив меня.
Спина прямая, губы сомкнуты в линию. Похоже, я теперь еще дальше от цели, чем в начале знакомства.
Я сел в кресло, сражаясь с желанием снова обхватить себя за локти. Надо сочинить какую-нибудь банальную слезливую историю, но язык не поворачивался. И дело было не в том, что ничего не шло в голову, я подходящих историй знаю две дюжины, просто не мог себя заставить играть роль. Может, дело в отсутствии на мне маски. Не знаю. Но я молчал. И, не удержавшись, снова скрестил руки, пытаясь защититься от пронзительного взгляда лейфы. Кто кого здесь изучает?
Глава 10
ГЛАВА 10
Клара развернулась спиной к столу и положила локоть на столешницу. Мне теперь было хорошо видно две фотографии из трех. На правой, сделанной, вероятно, пару лет назад, Синицына в ужасном юбочном костюме и с прической «мышиный хвостик» рядом с пожилым мужчиной-человеком. У мужчины широкая белоснежная борода и искренняя улыбка, одет в дорогой костюм, явно новый. Ярко выделяется игривый галстук. Похоже, фото с какого-то светского мероприятия. На второй фотографии Синицына лет на десять моложе, хотя наверняка утверждать сложно. Тот же кошмарный костюм, та же прическа, тот же мужчина. Какие-то дипломы в руках у обоих.
Третьей фотографии не было видно, но даю руку на отсечение – там те же герои, только еще моложе. Тут все понятно: безответная любовь длиною в жизнь. По позам людей на фото могу однозначно сказать – Синицына любит этого улыбчивого бородача, а он позволяет себя любить. На расстоянии, которое видно на обеих снимках – близко, но не вместе.