Страшно, да? Боишься, вдруг это всё дело рук кого-нибудь из своих? К примеру, того же самого Конттуин.
Ведь может? Этот всё может. Этот - фигура таинственная. Странная и скрытная. Подстать своей основной специальности. Где он сейчас?
Он - не из Спящих. Он как я. Из породы одиночек.
Почему ты решил, что он в Харке? Сколько лет ты его не видал?
Где-то с полвека.
Думаешь, сможешь его отыскать?
Думаю, да. Мир тесен. И я его знаю. Были мы в своё время если не друзьями, то, по крайней мере, добрыми товарищами.
Так какой у нас план?
Ох, Дан, Дан. Нет у нас с тобой плана. Выскочили мы с тобой из нашей берлоги подобно голому из горящей бани. Тревога! Пожар! Куда-то спешим, что-то предпринимаем, не выпуская из рук мочалку и голый зад тазиком прикрывая. Толку - ноль. А со стороны - смех и позор.
Идём в человеческий город. А похожи ли мы на людей? Внешне - да. Более всех я, пожалуй, выделяюсь. Надо будет лук разобрать. И зачем я только его с собой взял? В разобранном состоянии он бесполезен. А держать его на виду - привлекать внимание тех, кого нам беспокоить явно не следует.
- Не бери в голову, - Игорь подал дельный совет. - Заверни его в тряпку, и не будет проблем.
Говоришь, заверни? Что ж, попробуем.
- Придём, - говорил Игорёк. - В первую очередь заглянем к Борису. Посмотрим, как он живёт.
Как он живёт... Нормально, должно быть, живёт. Почти что как я, только в притирку к людям...
К людям! Зачем он там поселился? Что он, собственно, в Харке делает?
Есть определённые предписания, ограничения, запрещающие прямой контакт с людьми. То, что делает Игорёк, шастая в человеческие поселения, является прямым нарушением, но поселиться там на долгое время!.. Странно и необычно это. Сложно найти этому логическое объяснение. Если он, конечно, подобно мне не приглядывает за чем-нибудь особо секретным - что и вывезти нельзя, и сокрушить невозможно. Вероятно всё это так. Придём - выясним.
Игорь выглядел весьма жизнерадостным. Да и Охнач, по мере приближения к заселённым людьми местам, стал оживать, в глазах появился какой-то особенный блеск, движения утратили одеревенелость, - к нам он, похоже, привык, потерял часть свойственного людям страха и приобрёл уверенность, сообразив, что мы не злодеи, не монстры, любящие зло подшутить над человеком, а вполне уравновешенные существа - наперекор утверждениям сказочников, всё о нас "знающих", но ни разу нас не встречавших.
Лица друзей дышали чем-то мне неизвестным. Предвкушением чего-то. Чего? Не знаю. Может быть, возвращения домой?
Ну, а мне было на душе неспокойно. Перед глазами упрямо всплывали увиденные в хранилище пустынные залы, густо припорошенные слежавшейся пылью, на которой чётко расписались в своём посещении незваные гости. Вторженцы. Воры.
В Хранилище более шестидесяти различного назначения помещений. Каждое заперто. Герметически изолировано. Кодовые замки. Изощрённая система допуска. Не так-то и просто проникнуть вовнутрь постороннему - будь он даже гений из гениев, съевший собаку на взломе.
Некто знал, что делает. Вскрыты только необходимые помещения. Причём именно вскрыты. Не открыты, чисто и аккуратно, с помощью волшебного ключика и идентификационных кодов доступа, а взломаны опытным вором, о чём свидетельствовали откинутые крышки потайных панелей с электронной начинкой, помаргивающей индикаторами и настораживающей непосвящённого множеством спутанных цветных проводов, где перекушенных, а где осторожно избавленных от изоляции и выдернутых наружу расчётливым взломщиком.
Это мог сделать лишь посвящённый в особенности произведённой фейри электроники.
Таким знанием мог обладать только кто-то из наших.
Проклятье! Кто это мог быть? Кого подозревать? И зачем он это сделал? Да ещё и привлёк к этому делу людей?
Кто? Почему? Для чего?
Странно это всё. Может быть, действительно произошло возрождение Тёмных?
Кто-то перевоспитался? Захотел чужой мрачной славы? Необходимо связаться с Советом Дежурных. Что они знают? На чём-то же их подозрения основаны.
Но имею ли я право упоминать о вверенных мне хранилищах? Не знаю. Сомневаюсь. Не скажу, будто я давал обещание хранить суровую тайну, но... некоторой секретностью всё это дело было обставлено. Меня не посвятили в то, кем являются эти Спящие - значит вполне естественный вывод, что сохранение тайны всё-таки важно.
Ну что ж, в таком случае следует пообщаться с предыдущим Смотрителем.
Он сейчас спит. Придётся его потревожить.
Роджер Номер Седьмой (или по-нашему Редрон Секира) стал Спящим полтора века назад. Его психика просто не выдержала. Он устал. И я вполне его понимаю. Когда где-то с четверть века назад я, вопреки его предупреждениям, впервые за всё время моего пребывания в Холме Фейри поддался соблазну взглянуть на то, что оберегаю, то в полной мере осознал, как ему пришлось тяжко. Кошма-р-р!.. Я рассчитывал увидеть нечто невероятное, но чтобы такое!.. Нет. К такому я был неподготовлен. Это выбило меня из колеи примерно на год. Я утратил покой, аппетит, трудоспособность. Именно тогда я впервые всерьёз пообщался с Редроном.
Разговор вышел очень тяжёлым. Он говорил о мужской психологии, генной инженерии и играх с эволюцией. Было ясно, что он немало думал о том, что увидел. В его глазах просматривалась какая-то опустошённость уставшего книгочея, дни и ночи напролёт не вылезавшего из библиотеки. Искавшего. Размышлявшего. Болевшего неразрешимой проблемой. Ответов он не нашёл. Он утонул в информации. Разрозненной, сложной для понимания, и... Как бы это поточнее сказать? Имеющей и не имеющей отношения к делу. Вроде бы всё о том, но не то... Это как лицезреть тень, но не видеть предмет, который её отбрасывает. От этого он и устал. Зуд в мозгу, свербящий, рвущий душу на части. Для нас обоих этот психологический шок был сравни давно пережитому - из-за ухода Наставников. Он - заснул. Я - удержался. У меня, в отличии от Редрона, нашлось чем заняться, чем вытеснить из сознания нездоровые полусумасшедшие мысли. Я не пошёл в библиотеку, не стал рыться на полках и просиживать сутки напролёт над книгами и перед монитором. Я сбил замки со старых складов, вывез с базы недостающее мне оборудование и заперся в мастерской.