Вот что там написано:
«Крытика», а тем более травля всегда вызывает резкое противодействие.
Такой травлей начала заниматься «Литературная газета» и другие органы печати. Эта травля относится главным образом к мещанским свойствам характера человека.
Позволительно спросить редакцию — известно ли ей, что этот мещанин, вернее, многие и многие миллионы мещан, или людей с чертами характера, на которые обрушивается газета, боролись с самодержавием, голодали, восстанавливали разруху, выполняли пятилетки, выдержали нашествие гуннов, восстановили разруху и опять несут на своих плечах развитие — без достаточной компенсации за эти титанические усилия.
Я не знаю, в каком ряду литературы ходит Лиходеев, но предполагаю, что он, будучи сам мещанином (с большой буквы), стяжал немалую толику денег.
Я представляю себе его мещанское мурло (и тех, кто с ним кропает статейки) следующим образом:
1. Сберкнижка с парой сот тысяч (мещанин имеет средний заработок в месяц 900 рублей); затем стремление получить, вернее, схватить 200 т. р.
2. Своя машина «Волга», а перед покупкой «Волги», наверное, «Победа», проданная по спекулятивной цене. Причем, машина получена, очевидно, через черный ход, а не на общих условиях.
3. Имеется своя дачка.
4. Отдельная квартирка и холодильник ЗИС с прохладительными или иными бутылками.
Жена, кроме Елисеевского магазина, не знает другого, а на ней золотые часы и бриллиантовые серьги.
В целом идиллия: квартирка — дачка — сберкнижка — Черноморское побережье.
О себе: я тоже гражданин, в понимании Лиходеева мещанин, у меня на книжке 12 тысяч рублей. Хочу иметь машину и дачу, думаю, что это не позор. И это явление не мешало мне голодать и защищать Родину и выносить на плечах все пятилетки.
Прошу редакцию, если она состоит из умных людей, видеть нас такими, как мы есть, с недостатками, но в целом хорошими, и не заниматься травлей, чем, к сожалению, стали заниматься много органов печати. Это оставляет нехороший осадок.
Алексей Лихонравов.
Адрес: любой дом на любой улице.
С первого взгляда это не очень страшно. Просто есть среди нас отдельные лица, которые претендуют на теоретическое обоснование своих взглядов, вкусов и потребностей. Они хотят, чтобы их видели «такими, какие они есть, но в общем хорошими».
Ну что же, попробуем…
Эти самые «в общем хорошие» лица не грабят на большой дороге, не убивают финским ножом и не насилуют в подъездах. И уже на этом основании они считают возможным выступать от имени миллионов. Они якобы защищают их интересы. Их якобы волнует, как будут сегодня обедать миллионы. Но на самом деле они пекутся только о своем индивидуальном супе. Они придумали вполне домашнюю уютную поговорку «моя хата с краю» и задали вполне резонный исторический вопрос: «а что я с этого буду иметь?» Это их концепция.
И в процессе подобного мужественного умственного напряжения такому лицу может показаться, что лиха его логика и неустрашим нрав. И тогда с безумной отвагой лицо подписывается псевдонимом, насыщенным глубочайшим подтекстом. А чтобы никто не усомнился, что оно показывает кукиш от имени стройных миллионных масс, оно сообщает свой вселенский адрес.
Ясно, что после такого несокрушимого сарказма остается только развести руками.
Разберем спокойненько литературно-художественные и общественно-политические достоинства воспроизведенного выше сочинения.
Итак, «травлей начали заниматься „Литературная газета“ и другие органы печати». Что же произошло? «Позволительно спросить редакцию, известно ли ей, что… многие миллионы мещан или людей с чертами характера, на которые обрушивается газета, боролись с самодержавием, голодали, восстанавливали разруху, выполняли пятилетки… без достаточной компенсации за эти титанические усилия».
Я не хочу тревожить тени революционеров, великих и малых, известных и неизвестных, — слишком много чести для этого анонима. Но думали ли люди революционного подвига о «достаточной компенсации», когда шли на плаху?
Думали ли о «достаточной компенсации» ударники пятилеток?
Думали ли о «достаточной компенсации» солдаты, которые удержали «нашествие гуннов»?
Ведь каким нужно быть ничтожеством, чтобы объяснять идеалы эпохи своими ублюдочными представлениями о жизни?
Что же, действительно, произошло? Почему газеты стали заниматься так называемой «травлей»?
А произошли вещи, которые непонятны только тайным оппонентам.
Мы создали могучую экономику, создали в результате титанических усилий советского народа. Материальный уровень нашей жизни возрастает с каждым днем. И общество решило поинтересоваться, все ли без исключения советские люди понимают, что этот самый уровень — не конечная цель, а лишь средство для создания гармонично развитого человека, для искоренения в человеке хватательных инстинктов, для воспитания в нем уважения к разуму и к красоте.