— Они считают, что так должен жить человек. Вносить такую мебель надо через балкон.
Так, вероятно, старое воюет с новым — не очень честными средствами: не пускаешь в дверь — лезет через балконное окно. Между прочим, в этом же доме, в тех секциях, которые отданы новоселам, мебель тоже втаскивают на лебедках. Киевская фабрика имени Боженко не замечает этого: она кряхтит над своими полированными тяжестями, ей некогда оглянуться…
Когда-то Ильф и Петров заметили, что статистика знает все, кроме количества стульев в стране. К сожалению, это правда.
А количество стульев в стране надо знать. Это уже государственная проблема. Пятнадцать миллионов новых квартир должны получить свои сотни миллионов стульев, столов, шкафов и спальных мест.
Мебельная промышленность тормозит движение народа к еще более высокому уровню жизни. Она тормозит это движение не от бедности, не от недостатка материала или производственных площадей. Наоборот, она пользуется дорогостоящим сырьем, она переводит металл, она занимает транспорт. Не слишком ли накладно для экономики, даже для такой мощной экономики, как наша, содержать такого иждивенца?
Мебельная промышленность тормозит повышение санитарного, гигиенического уровня жизни.
Наконец, она портит вкус и характер человека.
Сейчас перед мебельной промышленностью остро встал вопрос о пересмотре стиля ее работы. Необходимо прекратить пресловутый «вал», выпуск мебели «вообще», «на общую сумму», «в процентном отношении». Мерилом производительности должна стать конкретная штука мебели. А если мебельщикам так уж нравятся премии — пусть выпускают больше. Не дороже, а больше.
И довольно возить воздух. Есть грузы поважнее.
И, наконец, необходимо наладить производство новой мебельной фурнитуры, чтобы обеспечить широкий поток новой мебели.
Мебельные архитекторы и инженеры годами сидят за своими ватманами, тратят свой талант и усилия на дело огромной важности — они конструируют десятки, сотни, тысячи видов мебели. Они упрощают технологию, подбирают материал. Они находят оригинальнейшие решения.
А для чего? Неужели только для того, чтобы раз в году полюбоваться своими образцами на выставках?
Они уже давно разработали конструкции, которые можно выпускать на конвейере.
Однако мебельщикам это невыгодно. Но работа мебельщиков невыгодна народу. Неужели этого недостаточно, чтобы заставить их работать по-новому?
В докладе на XXI съезде КПСС товарищ Хрущев сказал, что «реальные доходы рабочих и служащих в расчете на одного работающего увеличатся к концу семилетки на 40 процентов».
Сокращение расходов семьи на мебель — это тоже рост реального заработка. И если учесть грандиозные масштабы жилищного строительства, можно легко представить себе, какие выгоды несет населению правильное решение мебельной проблемы.
На вашем лице, дорогой читатель, появилось особенное, я бы сказал, долгожданное выражение. Это происходит потому, что вы вступили в могучую, непобедимую армию новоселов. И охрана вашего хорошего настроения — дело государственной важности. Ваше самочувствие запланировано в семилетием плане. И надо, чтобы этот план работниками мебельной промышленности тоже выполнялся не только в процентном отношении, не по «валу», а с учетом каждого отдельного гражданина.
Это и будет осуществлением главной социалистической заповеди: «Все для человека».
1959
Гвоздь в сапоге
Есть вещи, о которых нужно читать в субботу под вечер. Когда приходят минуты великого воскресного планирования.
Мужчины, которые в вопросах отдыха всегда мечтательнее женщин, уже составляют программу. В эту программу входят театры, кино, зоопарк и в некоторых случаях даже преферанс. Мужчины разнеживаются и начинают речь:
— С утра, моя дорогая, мы пойдем…
Но дорогая точно знает, куда надо идти. Она перебивает супруга с доверчивой улыбкой:
— С утра, мой дорогой, мы пойдем в химчистку.
— К-куда?
— В химчистку, мой голубчик.
— А всю неделю что ты думала? — интересуется голубчик, которому хочется в зоопарк.
— В понедельник все закрыто, — поясняет дорогая, — во вторник я чинила стиральную машину, в среду уговаривала отремонтировать радиоприемник, в четверг искала мастерскую для твоей электробритвы и проклинала Петухова, который тебе ее подарил. В пятницу отвозила в прачечную белье и в сапожную твои желтые туфли. А сегодня — суббота. Бог в этот день ложился отдыхать на диван после трудов праведных. А я сегодня наконец отдала диван в перетяжку. Всё!