Но директора заводов, которые выпускают предметы широкого потребления, — тоже люди. У них есть сердце. Они не могут без боли в душе читать письма такого содержания:
«Я приобрел проигрыватель Вашего уважаемого завода. Он принес много радости мне, и моей жене, и моим детям. Но на одной вечеринке гости нечаянно толкнули его, упал звукосниматель и треснул. Мы понимаем, что с таким пустяком стыдно к Вам обращаться. Но поверьте, что в нашем городе нет Ваших звукоснимателей. Почему-то торгующие организации не завозят. Убедительно прошу Вас наложенным платежом…»
Директор сардонически улыбается:
— Торгующие организации… Где они возьмут, торгующие организации, если я не выпускаю… А где я возьму, если мне не дают ни грамма сырья на запасные части… Впрочем…
И начинается тайный процесс человеколюбия. Директор вспоминает, что один заведующий базой жаловался ему на затоваривание пластмассовыми мыльницами. Эти мыльницы не то не открывались, не то не закрывались. Во всяком случае, их никто не покупал. И директор вызывает бухгалтера. И они долго и мучительно соображают, по какой полузаконной статье купить указанный брак, чтобы превратить его в сырье для запасных частей к отличному проигрывателю своего уважаемого производства. Но с точки зрения финансовых органов человеколюбие есть акт незаконный. И директору трудно выискать статью. Наконец он ее выискивает. Завбазой привозит свой пластмассовый брак, приплясывая от радости, что наконец сбагрил его. Завод путем повышения производительности труда (лишний раз ударить штампом) изготовляет запчасть, и в дальнем городе владелец проигрывателя снова получает возможность радовать и себя, и свою жену, и своих детей.
Вот как все это сложно.
Но почему же эта нормальная забота о потребителе, это настоящее социалистическое отношение к делу не находят чуткого отклика в бухгалтерских правилах? Почему эта забота должна бояться законов, устаревших, как рассохшиеся шкафы?
Я не хочу оглашать имена этих хороших людей, чтобы не навлечь на них гнев финансовых органов. Финансисты — народ дошлый: объявят, что укрываемые мною лица снабжают меня запасными эпитетами или даже гиперболами — и всю жизнь мне придется доказывать свою творческую независимость.
Сейчас с особенным подъемом идет борьба за экономию средств. Каждый день газеты сообщают о новых и новых профессиях, включающихся в эту борьбу. Но нет среди этих борцов ни плановиков, ни финансистов. Почему? Разве их задача заключается только в том, чтобы смотреть, как это делают другие?
А в это время самокритические деятели рассказывают, что все же главный недостаток, с которым приходится встречаться на фронте бытового обслуживания, — это еще, как говорится, в отдельных случаях имеющее место некультурное отношение к потребителю.
Конечно, грубить нехорошо. Даже в лицо заказчику. Но разве вежливейший Сергей Алексеич ведет себя культурно, когда он вместо нового контура вынужден склеивать сломанный? Разве культурно поступает химчистка, когда вместо нужного химиката получает суррогат и чистит при помощи его то, что нужно чистить специальным средством?
Конечно, грубить нехорошо. А халтурить? А отнимать время заказчика? А подсовывать ему заведомый брак?
Может быть, нам нужны не раздробленные мелкие мастерские, а заводы бытового обслуживания? Заводы, поставленные на поток, изготовляющие запчасть, подбивающие каблук и гладящие брюки.
Объединенное производство решит проблему площадей и проблему вежливости. А пункты могут быть в каждом домоуправлении. И тогда в этих пунктах вам на ходу пришьют пуговицу, на ходу прометают петлю, ликвидируют гвоздь в сапоге и забудут нагрубить…
1959
Отдыхающие
По мере приближения к югу это слово из обыкновенного прилагательного превращается в существительное и наконец, вступая в райские места Крыма или Кавказа, начинает поблескивать профессиональными оттенками.
Отдыхающим может быть каждый гражданин один раз в году в течение, скажем, месяца. Остальное время гражданин живет дома, носит свое нормальное звание — «слесарь», «врач», «инженер», «агроном» и занимается полезной деятельностью.
Но перед морем и горами все равны. Круглый год Всесоюзный Отдыхающий лежит на пляже, нюхает цветы и ест витамины. Поэтому в Крыму отдыхающий — это уже должность и общественное состояние.