Глава тридцать первая НЕЛЛИ
В ту ночь между войском Мурены и Вселенской Лигой развернулась жестокая битва. Победа осталась за Лигой — особенно быстро сопротивление было сломлено после гибели предводительницы клана. Её отсечённую голову водрузили на древко родового знамени и подняли над главной башней замка. Защитников, сдавшихся на милость Сесаха, он, как и обещал, передал в подчинение Рулу.
На рассвете воины Вселенской Лиги вернулись в Крепость. Феликс и Сесах от усталости едва держались на ногах. Выслушав доклады и отпустив генералов и легатов, главнокомандующий обратился к юноше:
— Тебе тоже нужно отдохнуть. Можешь идти к себе.
— А ты?
— Подожду Геймовера. Он до сих пор сердится на меня за бегство из Лас-Вегаса, — усмехнулся Сесах. — Некогда отдыхать. Об империи думать надо. Вот тогда и отдохнём.
— А что ты сделаешь, когда победишь всех своих врагов?
— Осуществлю мечту.
— О Новой Мировой Империи духа?
— Не только, — Сесах прищурился. — Ты вынуждаешь меня быть откровенным, а я редко делюсь своими тайнами.
— Даже с друзьями?
Они переглянулись, и Сесах рассмеялся.
— Ты поймал меня. Я обязан тебе жизнью: без тебя мои планы канули бы вместе со мной в преисподнюю. И всё же позволь уклониться от прямого ответа. Скажу лишь, что хочу счастья — и себе, и другим. А что такое счастье для тебя, Феликс? Что тебе нужно, чтобы быть счастливым?
Феликс ответил не задумываясь:
— Для меня счастье — просто общаться с тобой. Раньше я был очень одинок. Не подумай ничего дурного: я полюбил тебя как друга. После матери ты самый близкий мне человек. Мне достаточно видеть, что счастлива она и счастлив ты. Вселенское счастье меня не вдохновляет — я далёк от этой идеи.
— Ты мне нравишься именно этим, — сказал Сесах. — Тебя не занимает моё положение, не волнует карьера. Многие хотели бы быть рядом со мной, но ты не ищешь от меня ничего — тебе нужен я сам.
Я тоже люблю тебя, Феликс, — после паузы добавил он. — Но потому, что ты любишь меня. Я не настолько совершенен, чтобы довольствоваться безответной любовью. Мне нужна отдача.
Рул предан мне слепо: прикажу — убьёт, прикажу — умрёт. Для него я — смысл существования. Он наполовину волк, и его верность нечеловеческая.
Арбитр служит мне за идею. Всемирное Братство вышло из меня и уже захватило полмира. Скоро мечта об Империи духа охватит весь мир. Тебе же сама идея безразлична — и я уважаю это.
— Почему ты думаешь, что Новую Мировую Империю примут все? — спросил Феликс.
Сесах откинулся на троне.
— А разве идеи коммунизма, арийской расы или Римского государства были лучше? Чем грандиознее и невероятнее идея, тем легче она приживается. Мы взяли лучшее из духовного наследия человечества — такого ещё не предлагали. Разве что предчувствовал Ницше. Но его последователи всё извратили.
Когда-то, задолго до Гомера и Гесиода, существовал моральный канон совершенной личности и совершенной жизни. Я хочу воссоздать его. Программист поможет мне.
То, что я предлагаю миру, — абсолютная мудрость, утраченная когда-то. Взамен ей пришло христианство, которое, по моему убеждению, на долгие века затормозило развитие человечества.
Древние понимали добродетель как совершенство, а не как слабость и милосердие. Познание было направлено на поиск доступного человеку бессмертия, роднящего его с богами.
Скажи, Феликс, что есть неуничтожимая основа мира?
— Я не знаю.
Сесах внимательно посмотрел на него.
— Как же я тебе завидую.
— Чему?
— Тому, что ты не знаешь. Я буду счастлив, когда достигну желаемого.
— Чего ты желаешь?
— Бессмертия и совершенства.
Браслет на его запястье засверкал, раздался перезвон колокольчиков.
— Я поймал шпионку, Сесах! — раздался возбуждённый голос Геймовера. — Прикажешь привести?
— Веди.
Сесах улыбнулся Феликсу:
— Вот человек, которому я не доверяю. При случае он предаст меня без колебаний. Nomen est omen.
— Как он получил это имя? — спросил Феликс.
— Game over было выбито на его мече.
— Тогда зачем ты держишь его при себе?
— Он меня развлекает. К тому же он с детства мечтает о президентском кресле.
— Ты ему поможешь?
— Если он меня не подведёт.
В зал вошли Геймовер и высокая рыжеволосая девушка. Они и впрямь напоминали два факела. Девушка резко вырвалась и оттолкнула адъютанта.
— Полегче, дылда!
— Отцепись, недомерок.
— Советую быть повежливее, — вмешался Сесах, подходя к ней вплотную. — А я подхожу тебе по росту?
Он был выше её на голову. Девушка хмуро смотрела исподлобья. На ней была оборванная милитари-блуза с цепями и брюки цвета хаки, заправленные в высокие ботинки. Сесах зацепил пальцем край разрыва на ткани — девушка не отстранилась.