— Что с тобой? — изумился Феликс. Он мог поклясться, что никогда не видел друга в подобном состоянии.
— Идём, — кусая губы, бросил Сесах.
— Что случилось? — не выдержал Феликс, следуя за ним.
Сесах, не разбирая дороги, шагал к машине.
— Ненавижу.
— Кого?
— Всех.
— Эту женщину?
Сесах резко остановился.
— Нет. Не спрашивай больше.
Тон его был столь категоричен, что Феликс решил не напоминать другу об этом случае.
⸻
Вслед за Феликсом в дом вошёл смуглый темноглазый парень в чёрном дорогом костюме, красиво оттенённом белоснежной сорочкой, воротник которой был небрежно расстёгнут. Его сопровождал здоровенный альбинос в зеркальных очках, которые он не снял, даже войдя в помещение.
— Мам, познакомься — это Кирилл, мой друг. А это — моя мама, Наталья Павловна.
Кирилл пожал протянутую Наташей руку.
— А это Николай — охранник Кирилла, — представил альбиноса Феликс. Николай молча кивнул женщине.
— Премного о вас наслышан, — весело сказал Кирилл. — И о вашем гостеприимстве.
— Конечно, — смутилась Наталья Павловна, — прошу в гостиную. Феликс, проводи гостей, я распоряжусь насчёт ужина. Вы надолго к нам? — спросила она.
— Даже чаю не попьёте? — пошутил Кирилл. — Если серьёзно, то до завтра. Феликс сказал, что у вас есть свободные комнаты.
— Да, на втором этаже.
— Я покажу, мама, — вмешался Феликс и за руку повлёк за собой Кирилла.
Наталья Павловнас улыбкой проводила их взглядом — парень ей понравился. Затем обернулась к Николаю.
— Желаете пройти в гостиную?
⸻
За столом Феликс с Кириллом перешучивались и сметали всё подряд с завидным аппетитом.
— Странно, что Феликс раньше вас не представил, — сказала Наталья Павловна.
— Мне тоже странно, — хмыкнул Кирилл. — Почему, Феликс?
— Нью-Йорк далеко, да и город ненашенский.
— Нью-Йорк? — удивилась Наталья Павловна. — Вы американец? А говорите совсем без акцента.
— Моя мать русская.
— Вот как? — удивился уже Феликс. — Я не знал.
— Как много нам открытий чудных… Я вот предлагаю Феликсу перебраться поближе ко мне. Вы не против?
— Я? — Наталья Павловна растерялась. — Это неожиданно. У Феликса здесь работа.
— Работы полно везде, — пожал плечами Кирилл. — По мне так добрые отношения куда важнее.
— Мама, Кирилл — самый главный мой начальник, главнее Дориэно, — пояснил Феликс, — он предлагает нам переехать жить в США.
— Начальник? Такой молодой?
— Спасибо, — Кирилл состроил важную гримасу, — за комплимент, — но тут же не выдержал и рассмеялся.
Наталья Павловна улыбнулась тоже. Открытость Кирилла невероятно ей импонировала. Полной противоположностью молодому человеку был его телохранитель Николай, за всё время не проронивший ни слова. Однако угадывалось, что он беззаветно предан своему боссу.
— Мам, мы покатаемся по городу, ладно? Я покажу Кириллу новый мост и оперный театр. Не возражаешь?
— Конечно, нет.
— Если что-нибудь понадобится — позвони, хорошо?
Наталья Павловна кивнула.
Проводив гостей, она поднялась в свою комнату. Переезд в Америку отчего-то представлялся ей невероятным, а Кирилл — несколько избалованным. Скорее всего, он сынок какого-нибудь денежного магната.
Наталья Павловна заснула на закате.
⸻
Сон испарился мгновенно. Женщина уселась в кровати, унимая сердцебиение.
— Наталья Павловна.
Она обернулась на голос. Посреди комнаты в кресле сидел Кирилл и смотрел на неё неподвижным взглядом. Это был совсем не тот легкомысленный юноша, с которым она недавно распростилась в столовой. Этот Кирилл был… иным.
— Я пришёл, чтобы поговорить о Феликсе.
— Вы — Сесах, — сказала Наталья Павловна неожиданно для самой себя.
— Откуда вам это известно? От Феликса?
Женщина покачала головой.
— От Локки?
Она промолчала.
— Ладно, сейчас это не столь важно, — Сесах небрежно закинул ногу за ногу. — Я прилетел из Нью-Йорка ради Феликса. Специально, чтобы переговорить с вами… Я люблю Феликса, — он усмехнулся, — не в этом смысле, а как друга. И он любит меня — вы это сразу заметили. А ещё Феликс любит вас. Это серьёзное препятствие в его карьере. Вы понимаете?
— Да.
Неожиданно Наталья Павловна успокоилась: Сесах не вызывал в ней такого сверхъестественного ужаса, как вампир Дориэно. Вероятно, оттого, что всё-таки был стопроцентным человеком.
— Я знаю, что Феликс инопланетянин, но для меня это не имеет никакого значения. И мне небезразлична его судьба. Как, впрочем, и вам. Вы, несомненно, оказываете на него большое влияние. Поэтому я здесь, чтобы просить вас не вмешиваться в дела Феликса. Вы — христианка, можете ею оставаться, но не склоняйте к своей вере сына: этим вы сделаете его несчастным. Я предлагаю вам договор: обещаю не вмешиваться в вашу жизнь, а вы пообещайте никогда не разговаривать с Феликсом об Иисусе.
— Что будет, если я не соглашусь на ваши условия?