— Отлично, — хлопнул Сесах. — Длинных речей больше не будет. Веселье, танцы, маскарад… но без излишеств. В последнем часовом поясе состоится заключительное мероприятие. Всем быть.
Он выдержал паузу.
— Это приказ.
И странно посмотрел на Феликса.
— Уходим в другую полночь.
Глава сорок пятая ЧАША
Они переместились в одиннадцатый часовой пояс, затем в десятый — и на родине Феликса, в Зурбагане, тоже наступил Новый год. Народу всё прибывало. Приморский филиал Всемирного Братства, раскинувшийся на островах залива, казался бесконечным: над озёрами шампанского и разноцветных вин били фонтаны, переливались лучшие коньяки и кальвадосы, красноватый виски, золотая и серебряная текила, тягучие кофейные ликёры и зелёный, бурлящий пузырьками мартини, у которого толпились хорошенькие полуголые барышни. Между фонтанами скользили на роликах официанты, предлагая закуски, лёд, мороженое и уже смешанные коктейли.
Соратники разбрелись по залам. Повсюду гремела живая музыка, и ночное пространство ежесекундно вспыхивало фейерверками.
Сесах остался с Феликсом.
— Почему ты не веселишься? — спросил юноша.
— Не хочу.
Сквозь прорези золотой маски Сесах посмотрел на него так, словно не договаривал чего-то важного.
— Что-нибудь случилось? — не выдержал Феликс.
Бокал Сесаха по-прежнему был наполовину полон шампанского — к нему он так и не притронулся, хотя вокруг били фонтаны его любимого «Шато».
— Ничего, — одними губами ответил он.
Феликс огляделся. Больше всего происходящее напоминало вечеринку в модном столичном клубе. Благодаря феноменальной памяти он узнавал лица, выхваченные вспышками из темноты: лучшие музыканты мира, рок- и поп-звёзды, телеведущие, политики всех мастей; вчерашние противники — консерваторы и либералы — сегодня лобызались в пьянящих струях фонтанов. Здесь были и финансовые магнаты, и королевские особы — от малоизвестных африканских царьков до знаменитых европейских династий. Присутствовали представители всех религий мира, включая многочисленные христианские конфессии. Все — в масках и карнавальных костюмах, но Феликс без труда различал их истинные лица своим духовным зрением.
По мере выпитого веселье теряло изысканность, и вскоре друзья оказались в круговороте обнажённых тел, так что Феликсу пришлось прятать взгляд в собственном бокале.
Вдруг его обхватили со спины голые женские руки.
— Феликс, милый! Это ты? Я так рада тебя видеть!
От неожиданности монашеское одеяние оказалось залито шампанским. Обернувшись, Феликс увидел нагую Нелли. Сесах был прав, говоря о её роскошных формах. Взор Феликса под каучуковой маской сам собой пополз к потолку. Нелли, не смущаясь, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в прорезь для губ.
Феликс беспомощно взглянул на Сесаха. Тот равнодушно отпил из бокала.
— Я тебе не советчик.
— Здравствуй, Сесах, — раздался знакомый голос. — Думал, я тебя не узнаю?
Он поперхнулся.
— У тебя хватает наглости со мной здороваться? Как ты сбежала от Арматуры?
— Твой Арматура — идиот, — презрительно сощурилась Хакайна. — Он напустил в камеру крыс, а я просто умножила их. Камера заполнилась, и ему пришлось сделать отверстие, чтобы они убежали. Кстати, третьей крысой была я.
Она расхохоталась так заразительно, что Сесах невольно улыбнулся.
— Представляю, как ты убегаешь по его ногам.
Он пригубил шампанское.
— Я мечтаю стоять за твоей спиной и подавать тебе патроны, — сказала Хакайна.
Сесах посмотрел на неё внимательно, без усмешки.
— Нет, — спокойно сказал он. — Ты не умеешь быть верной.
— Ты меня не знаешь!
— Знаю достаточно. Ты выбираешь силу, но не путь. А мне нужен не поклонник. Мне нужен тот, кто выдержит мою тень.
Он отвернулся.
— А какие женщины тебе нравятся? — упрямо спросила она.
Сесах едва заметно улыбнулся:
— Те, кого не нужно завоёвывать.
⸻
— Я всё время думала о тебе, — шептала Нелли, прижимаясь к Феликсу. — И чем больше думала, тем сильнее влюблялась. Ты не уродливый. Ты… чистый. Очисти меня собой, пожалуйста.
Она потянулась к его губам.
— Нет, Нелли, — он мягко отстранил её. — Я не могу очистить тебя. Зато сам испачкаюсь.
— Значит, мне сдохнуть в грязи?
— У меня нет для тебя ответа.
— Ты монстр! — она плюнула в его сторону, но промахнулась, и плевок попал в Хакайну.