Геймовер подал генералиссимусу ещё один полный бокал, и Феликс с удивлением заметил, что у Сесаха подрагивают пальцы: пока он пил, вино пролилось на его бело-золотую тунику. Взгляд друга, скользнувший по лицу Феликса, был абсолютно трезв.
— Сесах, что происходит? — не выдержал юноша. — Почему ты всё время так смотришь на меня?
— Мне хочется напиться до чёртиков, — прошептал Сесах. — Я могу потерять тебя сегодня… навсегда.
Феликс не успел ему ответить: наступил черёд вступления в полночь Западного полушария, и в карнавал влился гигантский поток новых сверхлюдей из Северной и Южной Америки и прилегающих островов. Там находилось большинство филиалов Всемирного Братства, хорошо знавших своего Генерального секретаря — Сесаха, и каждый стремился лично его поприветствовать.
Феликс радовался за друга. Многие знатные люди кланялись Сесаху или жали ему руку, и все как один выражали одобрение и восхищение.
Улучив момент, Феликс наклонился и шепнул:
— Та женщина гордилась бы тобой.
Сесах снисходительно улыбнулся.
— Не думаю. Да и, по правде говоря, мне безразлично, будет ли она мной гордиться: я делаю это не ради неё.
Как и планировалось, круг карнавального шествия завершился на острове Крузенштерна, над которым образовалась гигантская спираль из духов гостей, похожая на бесконечную карусель. Друзья оказались в самом её хвосте. Спираль стремительно двигалась к центру, исчезая в открытом портале.
— Куда мы идём? — не выдержал Феликс.
— Скоро увидишь.
Сесах взял его за руку. Стоявшие впереди две пожилые ведьмы, одетые древнегреческими пифиями, многозначительно переглянулись.
— Наше время столь мерзостно, что приходится оправдываться даже за дружбу, — нарочито громко сказал Сесах, и пифии отвернулись.
Рука друга подрагивала, и Феликс ободряюще сжал её.
— Мы самые последние, — сказал он просто, чтобы сказать хоть что-нибудь.
— Последние станут первыми, — криво улыбнулся Сесах и неожиданно сильно стиснул ладонь Феликса. — Послушай, я хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной. Это место — второе после меня, которое соблюдает Шет, — по праву твоё. Что скажешь?
Но Феликс не успел ничего ему ответить: в следующее мгновение они уже стояли перед золотым троном. На нём, в расслабленной позе, закинув ногу на ногу, сидел Программист — одетый в точности так же, как в ту самую полночь, когда впервые представился Феликсу. Юноша не испытал ни удивления, ни радости. Его появление было ожидаемым.
— Поздравляю с победой, — сказал Программист. — Рад снова видеть вас вместе. Вы сражались эффективно. Настало время получить награду. Пожелания Сесаха мне известны. А чего хочешь ты, Феликс?
— У меня есть всё, — ответил юноша после короткой паузы. Он говорил осторожно. Доверия к этому существу у него не было. — Я бы предпочёл, чтобы ничего не менялось.
— Остановить мгновение? — уточнил Программист с лёгкой, почти служебной улыбкой. — Это невозможно. Игра должна продолжаться до полного завершения.
— Чего тебе не хватает? — спросил Феликс.
Программист проигнорировал вопрос.
— Ты утверждаешь, что у тебя есть всё. Значит, своей платой ты доволен?
— Да, — сказал Феликс, не до конца понимая, к чему идёт разговор.
— Тогда шоу продолжается. Ты согласен?
Феликс посмотрел на Сесаха. Тот побледнел, сжимал губы, словно сдерживая дрожь.
— Я не знаю, — ответил Феликс. — А ты? Что скажешь ты, Сесах?
— Я буду играть, — сказал тот. — Другого выбора у меня нет.
— Выбор есть всегда, — тихо возразил Феликс.
— Ты уверен? — усмехнулся Программист. Его глаза при этом оставались холодными и неподвижными.
Феликс выдержал взгляд.
— Выбор — единственное, что у человека есть.
— Но ты не человек, — заметил Программист. — Ты инопланетянин. Тебя не должно волновать человечество.
Феликс замешкался.
— Я родился человеком и жил как человек, — сказал он. — Другого опыта у меня нет.
— Однако ты — иное, значительно более мощное существо, — спокойно продолжил Программист. — Тебя никогда не интересовало узнать пределы своих возможностей? Разве не за этим ты пришёл ко мне, вступая в игру?
— Я стараюсь не выходить за пределы человеческого.
— Почему?
— Потому что могу причинить вред.
— Кому?
— Людям.
Программист рассмеялся — коротко, без веселья.
— Если бы они знали, кто ты, тебя бы уже давно разобрали на части и использовали. Без колебаний. Люди не упускают такой ресурс. Впрочем, — он махнул рукой, — это не имеет значения. Развлекайтесь. The Show Must Go On.
Во мгновение ока всё переменилось, и парни оказались в самом центре гигантской воронки из сверхлюдей. Они стояли у края огромной золотой чаши, размером с бассейн, наполненной густой тёмно-красной жидкостью. Сесах взял острый ритуальный нож, лежавший на загнутом бортике, и сделал продольный разрез на левой ладони. В чашу закапала его кровь. Затем он протянул нож другу.