Девочки в магазине тоже застыли от удивления, и это подкрепило веру в то, что всё, что происходит – реальность. Не дав разгомониться покупателям, он схватил нож для колбасы и пошёл к двери.
Несколько вещей произошло одновременно. Разрезанный стебель забрызгал бледной липкой жижей мелкую школьницу у порога, вторая школьница схватилась за телефон, бабули, так и не сделавшие выбор между оливковым и перепелиным майонезом, забились в угол и начали молиться. А одуванчик, словно сдувшись, скукожился до нормальных размеров.
Повисла тишина. Бабки перестали молиться и теперь переглядывались. Армен Арамович, стоя на пороге с ножом для колбасы, понял, что столкнулся с чем-то невозможным. Чем-то, что теперь связывает его с пониманием этой вселенной. Уверевшись в своей избранности, совершенно солидный реалист Армен Арамович вернулся за прилавок.
***
- А ну удали фотографию!
Фелис и не ожидала, что умет так кричать. Как назло, длинноногая Лиза шла очень быстро, тыкая пальцем в свой смартфон. Девочки свернули за угол, и Фелис наконец смогла обогнать свою новую знакомую. Её сердце всё ещё громко билось от произошедшего.
- Удали!
- Я фотографировала не тебя, а ту штуку, - пожала плечами девочка и мельком показала фотографию – огромный падающий одуванчик и Фелис с заляпанным лицом и с круглыми глазами где-то на границе кадра. – Не каждый день такое увидишь! Как думаешь, что это было?
- Одуванчик, - буркнула Фелис. Она первой нажала рычаг колонки и запустила под неё голову. Макушку обдало ледяной водой. – С меня хватит. Я домой.
- А как же мороженое?
- Мы только что сражались с огромным одуванчиком, какое мороженое?!
- Фелис, успо…
- Я спокойна!
Фелис плеснула на лицо воды и, фыркая на каждом шагу, поспешила прочь. Она не помнила, как добралась до квартиры и залезла в ванну.
Снова.
Даже после душа её продолжил преследовать запах травы.
Папа вернулся крайне недовольный, а у брата были красные глаза. Девочка встретила их на пороге и по очереди обняла.
- Проиграли? – Сочувственно спросила она, поглаживая макушку брата.
- С чего ты взяла? – Прорычал тот и отпихнул от себя сестру. – Не было соревнований из-за грозы!
- Полгорода без света осталась, - пожаловался папа. А потом такая непогода началась, что нас загнали в спортзал и мы там сидели. Даже мячей не дали.
Фелис уже успела забыть о грозе. Пожалуй, слишком много странных явлений в один единственный день. Девочка поддакивала с самым сочувствующим видом, пока Сашка жаловался на «дурацкое лето», «дурацких судей» и «дурацкие молнии». Она очень надеялась, что на сегодня её приключения закончились, и потому с облегчением выдохнула, когда в семь вечера мама щёлкнула дверью и спустя минуту появилась на кухне – пахнущая мелиссой, в помятой рубашке и в куче амулетов на руках и шее.
Фелис тут же повисла у неё на шее, и они уселись на маленький кухонный диванчик. Мама сразу поняла, что что-то произошло, и девочка снова поразилась её способностям, выходящим за рамки понимания.
- Мам, а бывают молнии, которые могут проникнуть в дом? – Осторожно спросила Фелис, и удивлённо замерла, когда мама кивнула на её вопрос. – Расскажи!
- Это шаровые молнии, - поделилась мама. – Они могут залететь через окно.
- Окно? А крыша? Они могут пробить крышу?
- К счастью, у нас стоит громоотвод, - весело улыбнулась мама и щёлкнула дочку по носу. – Если хочешь правдивый ответ, задавай правдивый вопрос.
- Скажем так, - Фелис глубоко вдохнуло воздух и продолжила сбивчиво и неуверенно. – Допустим, на улице были молнии… зелёные молнии. Наверное, это из-за освещения, озона и всё такое, но зелёные… Просто допустим. Они были вчера и вернулись сегодня. И… допустим, пробили крышу и потолок в моей комнате. И…допустим, ударили прямо в меня.
Мама молча встала и вместе с Фелис отправилась к ней в комнату. Потолок по-прежнему был молочно-белым. Никаких следов молнии. Мама для убедительности проверила и окна, а потом – лоб дочки.