Утром, труп его остывший
Осмотрел я, как прибывший
Из Москвы криминалист.
Так закончил журналист свой рассказ
Печальный очень, и добавил:
«Между прочим с нами следователь был,
Очень юн и очень мил.»
Побледнел он, покраснел.
На девицу не глядел.
Так неглядя к ней склонился,
Перед этим извенился.
Изо рта её извлёк
Хуя — жёваный кусок.
И изрёк один вопрос:
«Заебли его. За что-с?»
И ответила Фелиста:
«Этот был — артиллеристом.
Рядом с нами жил на даче
И умел решать задачи.»
2
Время шло, прошло лет пять.
Мой попутчик мне опять,
Как-то встретился под Сочи.
Мы обрадовались очень нашей встрече
И всю ночь — пили всё отбросив прочь.
А когда бледна полна
Над землёй взошла Луна,
Звёзды на небе застыли.
Он спросил: «Вы не забыли мой рассказ,
Когда Фелиста заебла артиллериста?»
В миг с меня сошла усталость,
Я спросил: «А что с ней сталось?»
«Значит помните гляжу,
Что ж, хотите расскажу!»
Затаив своё дыханье
Я в момент обрёл вниманье,
И сонливость спала сразу
В ожидании рассказа.
И второй его рассказ
Я поведаю сейчас…
* * *
Если помните, там был
Следователь — юн и мил.
Он с неё там снял допрос
А потом в Москву увёз.
Сдал в «Бутырку» под расписку
И зачал писать записку
О своей командировке
В кабинете на Петровке.
Только всё терял он суть,
То в глазах всплывала грудь,
То большие ягодицы
Арестованной девицы.
То огромные сосочки.
Встал отчёт на мёртвой точке.
Хуй дрожал мешая мысли,
А его сомненья грызли.
Всё ли сделал для отчёта,
Нет в допросе ли просчёта,
И за ту держусь я нить.
Надо передопросить.
Так решив, отчёт схватил
И в «Бурырку» покатил.
А Фелиста будто знала,
Молча с табурета встала.
Также молча подошла
И дыханьем обожгла.
«Умоляю, помогите.
Всё отдам, коль захотите.
Лишь спасите от тюрьмы.
Я боялась с детства тьмы.
Я пугалась скрипов, стуков»,
А рука ползла по брюкам.
Жадно хуй его искала,
По щеке слеза стекала.
Вдруг присела. Нежный рот
Из ширинки хуй берёт.
И засасывает славно,
Чуть. слегка качая плавно.
Следователь вмиг вспотел.
Видит Бог — он не хотел.
Против воли вышло это,
Для познания минета.
А она его прижала,
Всё в юристе задрожало
И бурлящие потоки
Потекли в пищепротоки.
Две недели шли допросы.
Он худел, давая кроссы
От «Бутырки» и назад.
Шли дела её на лад.
Он худел, она добрела.
Им вертела, как хотела.
Он допросов снял не мало,
А она трусы снимала.
От допросов заводилась
И верхом на хуй садилась,
Или делала отсос,
Отвечая на вопрос.
День за днём чредою шли.
В скорости её ебли
Адвокат и прокурор
И тюремный спецнадзор.
Утром, вечером и в ночь
Все хотели ей помочь.
А Фелиста как могла
Им взаимно помогала.
Бодро делала минет
С переходом на обед.
Так наш суд на этот раз
От тюрьмы Фелисту спас.
~ 2 ~