— Сначала тучи, а потом радуга.
Повернув голову, я улыбаюсь ему. Кладу свои ладони поверх его рук, переплетая наши пальцы.
— Ты сова или жаворонок? — спрашиваю я.
Он задумывается.
— Сказал бы, что смесь и того, и другого. А ты?
— И то, и другое, но да поможет Бог тому, кто решит разбудить меня, когда я сплю.
Через пару минут я спрашиваю: — Мейсон и Лейк — твои единственные друзья?
Кивнув, он отвечает.
— Они моя семья.
— Ты не ладишь с родителями?
— Нет.
Я не могу себе такого представить. Я даже ни разу не ссорилась со своими родителями.
— Мой отец проводит всё время на работе. По сути, он просто незнакомец. — Я молчу, надеясь, что он расскажет больше, и в конце концов он продолжает. — Клэр Рейес волнует только одно — её статус. Раньше я ладил с Джулианом, моим старшим братом, но сейчас между нами такая конкуренция... Иногда я гадаю, не были ли мои воспоминания о нашей дружбе просто принятием желаемого за действительное.
— А родители Лейка? С ними ты ладишь?
Фэлкон кивает.
— У Лейка самые лучшие родители из нас троих.
Приятно это слышать.
— А Мейсон? Он в похожей ситуации?
Фэлкон качает головой, и проходит минута, прежде чем он отвечает: — Раньше они были как семья Лейка, но после того как Дженнифер, старшая сестра Мейсона, погибла в автокатастрофе, Чаргиллы сломались. Мистер Чаргилл работает до тех пор, пока не отключается прямо за столом. Он редко бывает дома.
— А мама Мейсона?
— Постоянно в реабилитационных центрах.
Я закрываю глаза, чувствуя, как сердце сжимается от сочувствия к Мейсону.
— Сколько ему было, когда случилась авария?
— Семнадцать. Дженнифер врезалась в дерево. Она погибла, когда машина Уэста влетела в неё сзади. Мейсон винит в этом Уэста.
— Поэтому они так часто ругаются?
Фэлкон снова кивает, а я гадаю, есть ли способ помочь Мейсону. Вся эта ярость и боль разрушительны, он может в итоге натворить беды.
— Расскажи о себе, — бормочет он.
— Что ты хочешь знать?
— Кто твои друзья? Есть ли среди них парни?
Я невольно смеюсь.
— Кингсли — мой первый настоящий друг.
Фэлкон чуть отодвигается, чтобы заглянуть мне в лицо.
— Почему?
— У меня было много знакомых, но я не думаю, что кто-то из нас поддерживал связь после школы. Мы просто проводили вместе перемены.
Некоторое время мы наблюдаем за закатом, а потом я спрашиваю: — Ты пойдешь работать в CRC, когда закончишь учебу?
— Нет.
Я уже привыкаю к тому, что Фэлкон делает паузу перед ответом.
— Мы втроем заключили сделку с родителями. Мейсон пойдет в CRC, а я создам новую компанию. Отец всё еще пытается затащить меня в корпорацию, но этого не будет.
— Из-за брата?
— Да. К тому же у Джулиана контрольный пакет акций нашей семьи.
— Тебя это задевает?
Он качает качает головой.
— У меня есть Мейсон и Лейк. Наши пакеты акций в сумме перевешивают все остальные голоса.
— Значит, Лейк тоже пойдет в CRC?
Фэлкон не отвечает на вопрос, вместо этого говоря: — Лейк заслуживает кого-то вроде тебя больше, чем я.
Я удивленно оглядываюсь на него.
— Лейк уже обручен. Свадьба назначена на следующее лето.
— Тебе не нравится его невеста? — пытаюсь вспомнить, упоминал ли кто-то из них о ней, но в памяти пусто.
— Я никогда её не видел, — признается Фэлкон. — Это брак по расчету.
— Что? — Я сажусь и разворачиваюсь к нему лицом. — Почему?
— Один из нас должен был на ней жениться. — Слова Фэлкона прошивают меня шоком. — Мы много обсуждали это, прежде чем принять решение. Мейсон лучше всех подходит для работы в паре с Джулианом. Я заработал свой первый миллион в девятнадцать, и поэтому моя работа — поднять нашу новую компанию.
— И остался Лейк, — шепчу я.
Фэлкон кивает и пытается улыбнуться.
— Кажется, он не против. Я слышал их разговоры по телефону, это не звучало натянуто. Но наверняка я узнаю только когда увижу их вместе.
— Вы с Мейсоном очень опекаете Лейка, — замечаю я. — Впрочем, я понимаю почему. Мне и самой хочется его защитить, хотя я знаю его всего пару недель.
— Я бы убил за Лейка и Мейсона.
Заявление звучит жестко, но я слышу стоящую за ним преданность. У них неразрывная связь, и мне становится легче от того, что они есть друг у друга.
ГЛАВА 18
ФЭЛКОН
— Оно просто зажило своей жизнью. — Мы с Мейсоном и Лейком сидим в нашей гостиной, болтая перед сном. — В одну секунду я только осознавал, что мне нравится Лейла, а в следующую...
— Она стала для тебя важна, — закончил за меня Лейк.
Я кивнул, глядя на наши ноги, сваленные на кофейный столик.
— Это же жутко неудобно, но мы делаем так каждый раз, когда здесь сидим.