— Что ты будешь делать на пенсии? — спрашивает Джулиан.
— Пообедаю с Лейлой и узнаю, где находится то место, которое Бог создал в гневе. Звучит многообещающе.
— Она тебе и правда нравится, — констатирует Джулиан.
— Да. Очень. — Тень некой утраты промелькнула на лице отца. — Наверное, так и происходит, когда стареешь. Ты сталкиваешься лицом к лицу с тем, что «могло бы быть». Смотришь ей в глаза и видишь свои старые мечты.
Черт. Неужели он любил Стефани?
ГЛАВА 23
ЛЕЙЛА
На этот раз я одолжила одно из платьев Кингсли. Я действительно не вижу смысла покупать новое ради пары мероприятий, которые посещу в будущем. Мы обе выбрали шерстяные платья из твида — на улице холодно, и мы не планируем отморозить себе задницы.
Когда всё готово, мы встречаем парней в вестибюле, чтобы отправиться на торжественный вечер CRC Holdings в честь Дня Благодарения. Взгляд Фэлкона медленно скользит по мне, а затем на его лице появляется та самая сексуальная ухмылка.
— Ты выглядишь великолепно, — говорит он, и от гордости в его голосе я чувствую себя по-настоящему красивой.
— По коням, — командует Мейсон.
Как только мы выходим из здания, к нам направляется Серена.
— С кем я еду?
— Ты тоже идешь на вечер? — спрашивает Фэлкон, выглядя недовольным.
— Да, твоя мама была так любезна и пригласила меня, — хвастается она.
— К счастью, в моей машине всего два места. — Фэлкон подходит к своему «Ламборгини» и открывает пассажирскую дверь. — Лейла?
Я улыбаюсь ему, садясь в салон, и слышу, как Мейсон ворчит: — Кингсли, ты со мной. У меня меньше шансов тебя прикончить.
— Видимо, остаешься ты, Лейк, — говорит Серена.
Когда все рассаживаются, Фэлкон трогается с места, а Мейсон и Лейк следуют за ним. Глядя в окно, я замечаю, как студенты останавливаются и провожают нас взглядами. Я сползаю пониже в кресле и прикрываю лицо рукой.
Фэлкон усмехается.
— Ты чего прячешься?
Выехав за ворота Академии Тринити, он начинает прибавлять скорость.
— Я не привыкла, чтобы на меня так пялились. И только попробуй превысить скорость.
— Слушаюсь, мэм.
Мы выезжаем на двухполосную дорогу, и Мейсон равняется с нами. Заглянув в их машину, я вижу Кингсли — она безучастно смотрит в свое окно, отвернувшись от Мейсона.
— Интересно, они когда-нибудь поладят? — бормочу я.
— Кто? — спрашивает Фэлкон, не отрывая глаз от дороги.
— Кингсли и Мейсон.
— Уверен, что рано или поздно — да.
Мы подъезжаем к отелю, где проходит торжество. Выйдя из машин, мы собираемся у входа.
— Мне нужно кое-что уладить, — заявляет Серена, и я вздыхаю с облегчением, когда она уходит.
— Спасибо, пацаны, удружили, — саркастично бормочет Лейк.
— Всегда пожалуйста, — подкалывает Мейсон.
Когда мы входим в банкетный зал, нервы начинают плести паутину в моем животе, пока я не вижу маму. Я машу ей, и когда она подходит, я забываю о приличиях и крепко обнимаю её.
— Я скучала, — шепчу я, наслаждаясь мамиными объятиями.
— Я тоже скучала. — Она отстраняется и внимательно осматривает мое лицо. — У тебя всё хорошо, да?
Я киваю: — Да, я прямо-таки побеждаю эту колледжную жизнь.
Мама улыбается Фэлкону.
— Рада снова тебя видеть.
— Взаимно, Стефани.
Мама снова поворачивается ко мне.
— Я говорила с твоим отцом. Он немного за тебя переживал.
Я отмахиваюсь.
— Я просто соскучилась. Жду не дождусь, когда он приедет.
— Еще пара недель, — успокаивает она.
— А-а... посмотрите, кто наконец к нам присоединился, — раздается голос мистера Рейеса за маминой спиной. — Стефани, должен сделать тебе комплимент: ты проделала чудесную работу, воспитывая Лейлу. Она выдающаяся женщина.
— Спасибо, Уоррен.
— Рада снова вас видеть, сэр, — приветствую я его.
— Отец, — кивает Фэлкон.
— Развлекайтесь. — Мистер Рейес берет маму под локоть и уводит её к другим гостям. Звучит негромкая фортепианная музыка, дополняющая гул голосов.
Я придвигаюсь к Фэлкону.
— Что нам нужно делать?
— Есть, улыбаться, а после объявления мы уйдем.
— Какого объявления?
Фэлкон улыбается и указывает на кого-то. Положив руку мне на поясницу, он говорит.
— Позволь мне вас познакомить.
— Ты всё-таки пришел, — говорит мужчина, пожимая Фэлкону руку.
Я сразу вижу сходство. Тот же рост, те же темные волосы и резкие черты лица.
— Вы, должно быть, Лейла, — он протягивает мне руку. — Я Джулиан Рейес, брат Фэлкона.
Я тепло улыбаюсь и пожимаю его ладонь.
— Приятно наконец познакомиться.
— Наконец? — Он приподнимает бровь. — Это значит, Фэлкон обо мне рассказывал?