— Я сам научу свою женщину кататься.
Свою женщину.
Мы встречаем нескольких студентов из Академии, пока ждем своей очереди на подъемник.
— Мои уши просто отмерзают. Такое чувство, будто это два куска льда, — жалуется Кингсли, плотнее прижимая повязку к голове.
Мейсон встает позади неё и убирает её руки.
— Ты что творишь? — Кингсли хмурится, но не успевает она обернуться, как он накрывает её уши своими ладонями. Наклонившись, он вдувает теплый воздух в пространство между ладонью и её ухом.
Мы с Лейком и Фэлконом просто застыли в шоке. Кингсли замерла так, словно ей за шиворот вылили ведро ледяной воды. Она начинает часто моргать и осторожно спрашивает: — Э-э... а что сейчас вообще происходит?
— Я пытаюсь быть милым, — бормочет Мейсон, прежде чем согреть ей второе ухо.
Кингсли переводит взгляд на меня; я всё еще пялюсь на них, не в силах переварить увиденное. Мейсон поправляет её повязку, хлопает девушку по спине и идет к подъезжающим кабинкам подъемника.
— Мне уже стоит начинать волноваться? — спрашивает Кингсли, переводя взгляд с Фэлкона на Лейка. — Как думаете, может, он тронулся умом?
Лейк потирает подбородок и тянет.
— На самом деле, я не уверен. Может, у него грипп начинается.
— Вот видите: стоит мне проявить доброту, и вы все решаете, что я псих, — ворчит Мейсон, забираясь в кресло подъемника. — Хрен вам угодишь. А ну живо на подъемник, а то я столкнусь с Хант на склоне и столкну её вниз.
— С ним всё в порядке, — говорит Фэлкон, подталкивая меня в спину, чтобы я шла вперед.
Вид, открывающийся с подъемника, невероятно красив. Когда мы достигаем вершины, Фэлкон помогает мне надеть снаряжение. Он берет меня за руки и помогает встать.
— Сведи ноги вместе, пока не села на шпагат, — усмехается он.
Подпрыгивая, я смыкаю лыжи и широко улыбаюсь ему.
— Теперь я могу ехать?
Он издает короткий смешок.
— Нет, теперь ты будешь стоять и смотреть на меня.
Как только он отпускает мои руки, я заваливаюсь назад и приземляюсь на задницу.
— Ладно, я посижу и посмотрю на тебя, — смеюсь я, отряхивая снег с перчаток.
— Я сделаю пару коротких спусков, чтобы ты увидела движения и то, как я торможу. После этого попробуешь проехать небольшую дистанцию.
У него всё получается так чертовски легко: он отталкивается и непринужденно выписывает зигзаги.
— О черт! О черт! О черт! — слышу я панический возглас Кингсли справа. Она вот-вот потеряет равновесие, но Мейсон подъезжает сзади и, положив руки ей на бедра, помогает выровняться. Уезжая от неё, он кричит: — Постарайся не сломать шею, Хант!
Она каким-то чудом доезжает до меня и падает рядом.
— Это гораздо сложнее, чем кажется.
— Ага, — соглашаюсь я. — По крайней мере, мы не единственные, кто тут позорится. — Я указываю на группу студентов, которые так же отчаянно пытаются устоять на ногах.
— Лейла, — слышу я голос Фэлкона и поднимаю взгляд. — Вы двое собираетесь просто сидеть и прохлаждаться? А то я могу съехать вниз один.
— Ой, я забыла смотреть. — Я строю милую рожицу и протягиваю ему руки. — Прости-и.
Он качает головой и, ухмыляясь, тянет меня вверх.
— Я буду ехать спиной вперед. Всё, что тебе нужно — это следовать за мной.
Утро проходит весело. Я пару раз чуть не падаю, но Фэлкон ловит меня. Глядя в его глаза, я не могу поверить, насколько я счастлива.
Держась за него, я оглядываюсь через плечо: мой взгляд скользит от Лейка к Кингсли и Мейсону. Какая же я везучая, что в моей жизни есть эта потрясающая компания.
АСПЕН, Колорадо — Сегодня утром на западном склоне горы Аспен сошла лавина, спровоцированная лыжником. Катастрофа произошла, когда лыжник, проехав около 50 ярдов вниз по склону, вызвал обрушение огромного пласта снега. По данным офиса шерифа округа Питкин, поток накрыл двух лыжников, находившихся ниже него.
Они были частью группы студентов. Один из лыжников был отброшен на 100 ярдов вниз и засыпан снегом, но сумел выбраться, отделавшись легкими травмами. В настоящее время ведутся поиски второго лыжника, который числится пропавшим без вести уже более двух часов. Власти используют триангуляцию сотовой связи, чтобы установить точное местоположение пострадавшего.