Я должна что-то сделать.
Роман не должен быть здесь.
Я изо всех сил пытаюсь бороться с веревками, но это бесполезно. Без помощи отсюда не выбраться, а помощь придет не скоро.
Но в тот момент, когда я вижу, как мой бесстрашный мальчик просыпается и смотрит вокруг со страхом в глазах, мое сердце разбивается в миллионный раз за эту жизнь.
Оставшиеся кусочки моего сердца разлетаются на куски, когда я смиряюсь с тем, что самая чистая душа в этом поганом мире будет задета и тронута этим ужасным днем.
Пожалуйста, Господи, ты подводил меня столько раз, сколько я не могу сосчитать. Пожалуйста, не подведи меня и сейчас.
Пусть мой милый мальчик выберется из этого.
Возьми меня вместо него.
Немного больше травм для меня ничего не изменит.
Кого я обманываю? Что, черт возьми, Бог сделал для меня раньше?
Ничего.
Поэтому я оставляю бесполезные молитвы наивным и занимаюсь тем, что у меня получается лучше всего.
Выживаю.
Мое тело слабое.
Я его не контролирую.
Я пытаюсь прийти в себя и бороться с веревками, обжигающими мою кожу, но ничего не могу поделать. Я проваливаюсь под воду и теряю сознание.
Когда я снова просыпаюсь, я теряю ориентацию, как только чувствую грубые руки на своем рту. Я не могу четко разглядеть стоящего передо мной человека.
— Кто ты… — Его запах мне знаком, но прежде чем я успеваю понять, кто этот незнакомец, я чувствую резкую боль в правой части головы.
Все становится черным.
Все, что я чувствую, - это чужие руки, уносящие меня из этого места.
Я и не подозревала, что сбегаю из одного ада в другой.
Самый худший.
Тот, что был создан для меня.
ЧАСТЬ
I
ЗАБЫТАЯ НИМФА
Знаешь ли ты, как ты прекрасна для меня?
С твоими шрамами и даже кровью на руках.
Знаешь ли ты, что мой день начинается и заканчивается мыслями о тебе? Твой голос звучит в каждом уголке моего разума.
Знаешь ли ты, что жизнь не стоит того, чтобы жить, если тебя нет рядом?
Ведь в ней нет смысла.
Вернись ко мне.
Возвращайся домой.
ФЭЛЛОН
УБЕЖИЩЕ
«Я скучаю по тебе каждый день». - Ф
Прошлое
— Ты такая уродливая, фрик. — Мой мучитель толкает меня на кровать, а затем забирается на меня сверху. Он намного сильнее меня, и после пятого раза, когда это произошло, я быстро поняла, что не могу от него убежать.
Я слаба.
Мне не нравится эта игра.
Он говорит, что это весело, но это не так.
От этого у меня болит сердце.
В первый раз, когда я рассказала о нем, мама сказала, что мальчики есть мальчики и что надо смириться с этим. Я хотела понравиться своему новому брату, поэтому согласилась на его игру. Но с каждым разом его игры становились все более извращенными и жестокими. Все началось с того, что он толкал меня и обзывал. Потом это постепенно стало еще хуже. Теперь ему нравится шлепать меня и запихивать еду мне в горло.
Это заставляет меня плакать.
Это больно.
С тех пор как папа умер, мне всегда больно.
«Ты единственная в своем роде, Фэллон Джеймс. Не забывай об этом, черт возьми». Папа всегда говорил, что я единственная в своем роде, но в последнее время я совсем не чувствую себя таковой. Я скучаю по нему. Мне хочется, чтобы он был здесь.
— Открой, уродка! — Я чувствую мокрые и липкие руки на своих щеках, которые пытаются открыть мне рот. В тот момент, когда ему это удается, у меня во рту оказывается то, что я считаю кусочком хлеба с виноградным джемом.