— Идёт! Буду через пятнадцать минут.
На проходной мельком заметил движущуюся внутрь здания Викторию Павловну, вслед которой внимательным взглядом смотрел сотрудник охраны. Тот самый, что ревниво отреагировал недели две назад на моё упоминание о встрече с госпожой директором.
Точно любовник! Взгляд не мечтательный, а хозяйский. Запомним, пригодится.
У себя в лаборатории был точно в оговоренное с профессором Воронцовой время. Но Лена, конечно задержалась, пускай и ненадолго.
— А не плохо тут у тебя, — войдя в дверь поделилась она впечатлениями, — у нас наверху четверо человек в похожего размера помещении ютятся.
— Я был на седьмом в лабораториях, они большего размера.
— Так там всё заставлено аппаратурой, сам офис вообще маленький. А у тебя здесь два стола…
— Было те же четыре, но я их попросил убрать за ненадобностью, — поспешил вставить реплику.
— … Два стола, — показала рукой сначала на мой, потом на тот, что Изуми занимала, — и очень просторное помещение.
«О» в слове очень она растянула так, словно у меня тут безграничный подпространственный карман, вместо офиса.
— Хорошо, на место я не жалуюсь, — вынужден был согласиться.
Это была очень большая ошибка. С тем же самым растянутым наречием «очень».
— А мне приходится ютиться.
В интонации не звучало обиды. Никак это не походило на жалостливую просьбу. Это было обозначение позиции. Не знаю даже, когда именно Елена Андреевна решила перебраться на мой этаж, но сейчас она была в своей идее абсолютно уверена.
— Мы же давно вместе не работали. Переругаемся.
Попробовал прибегнуть к самому убедительному доводу из всех пришедших на ум, но сам в нём начал сомневаться, сразу как озвучил. С кем другим действительно мог бы поругаться, но с Леной мы общий язык всегда умели находить.
— Изуми неясно когда должна вернуться, — вспомнил про помощницу и указал на её стол.
— Когда вернётся, я займу противоположный угол.
Оба повернули голову в сторону пустого угла, где стояла одинокая пальма, явно не покрывающая всё пространство.
— Ты уверена? — после глубокого выдоха поинтересовался.
— Ты сомневаешься?
Конечно, она была уверена. Что там Лене бывший муж под боком — часть семьи, считай. Это мне тяжело. С другой стороны, вспоминая Тамару (что я делаю не часто, можно только мысленно перед девушкой извиниться), нужно болезненный вопрос для себя закрывать. Чем не шанс попробовать?
С другой стороны, как с любой женщиной — хрен ты её потом выселишь.
— Ви, подай запрос на перевод Елены Воронцовой в мою лабораторию с сохранением рабочего плана.
— Приняла, — ответила ассистент.
— Спасибо, — это уже Лена меня поблагодарила.
Тепло, должен признать, поблагодарила. Простым словом, но очень эмоционально.
Глава 11
19 июня. Четверг
— Ладно, хватит любезностей, — остановил возникшую в атмосфере драму на корейский манер, — займёмся, женщина, тем, ради чего тебя сюда позвали.
— Я жду проявления инициативы, — в той же манере ответила эта самая женщина.
И кто вчера на меня явно обижался? Кто эта ветреная особа?
— Хорошо, слушай, что я обнаружил.
Предложил Лене сесть на стул. Сам подтянул себе другой и достал планшет для демонстрации наблюдений.
— Уверен, ты это уже сама обнаружила, потому опишу свои находки кратко. В моём организме не один доминирующий штамм фемо-вируса, а два. Скорее всего произошло замещение, причём в течение месяца сбора статистики. По этой причине я не смог себя обнаружить в ней.
— Ты же догадался заказать генеалогию для обеих групп? — спросила Лена.
— Да, ещё вчера. Чтобы выяснить, произошла ли мутация изначально находящегося в моей крови вируса, в таком случае какой группы, или же от кого я мог получить новейшие типы.
— Ещё что? — поинтересовалась супруга.
— Как на экзамене себя чувствую, — усмехнулся, — ещё — эти две группы конкурируют, воздействуя на иммунную систему. Заставляют продуцировать белки, которые на собственный тип не реагируют. Пока ни одна сторона не победила, как мы видим.
Ещё в моей крови найдены стволовые клетки. Думаю, это причина, по которой у меня восстановились межпозвоночные диски и улучшилось зрение.
— Зачем меня только звал? — удивилась собеседница, — всё сам нашёл.
— Ты же знаешь, что не всё. До сих пор непонятно, почему не работают на меня феромоны, — возразил.
— Уверен, что они были?
— Ты видела месячный срез? Первую половину июня особенно. Я Крапову Киру точно сумел определить в статистике, а её интерес направлен на меня, сомнений нет.