— … на третий день её пребывания был сделан тест на беременность. Он оказался положительным.
— На третий день? — просил я слишком громко, — это анализ крови надо брать на какой-то протеин, что плацента вырабатывает. Зачем?
— Не могу сказать, но сделали его вовремя. На связь с девушкой вышли её родители, а у нас на руках уже была информация о новой изменённой. Беременной изменённой.
— По этой причине её заставили уехать?
— Такой информации у нас нет, — ответил Дмитрий, — но скорее всего просто родители уже в родной стране хотели иметь возможность влиять на дочь. Возможно, хотели настоять на прерывании беременности. Только наши коллеги из Поднебесной очень рады новой изменённой, да ещё и беременной. Тест ДНК скорее всего сделали тоже они.
— На ранней стадии? — опять я удивлялся.
— На второй неделе. Дорогое удовольствие, но оно окупилось к их великой радости. Вас, Галактион Гордеевич, — перешёл он снова на уважительное обращение, — можно настороженно поздравить с будущим рождением ещё одной дочери. И сразу же изменённой.
— Так вот почему так всё закрутилось! — пришло осознание.
— Верно. И нам бы очень хотелось, чтобы вы не теряли связь с матерью вашего будущего второго ребёнка.
Оптимистично они смотрят в будущее. Ещё надо выносить. Но беречь плод и мать будут на высшем уровне.
— Поэтому, — продолжил капитан, — вам нужно позвонить Изуми. Наладить общение, которое охладело за эти несколько недель.
Ответил не сразу.
— Можно… чуть позже?
— Очень желательно это сделать до завтрашней конференции. Уверен, девушку убеждали, что вы не очень то усердствовали в поиске контакта.
— Хорошо.
Большего сказать мне сейчас было нечего. Мысли крутились каруселью по кругу. Ничего не было ясно, кроме очевидного — осознания произошедшего у меня пока не было совсем. По пути не обратил особого внимание на архитектуру. Заметил только, что проезжали долгое время мимо разносортной застройки, начиная от совсем небольших частных домов до коммерческих многоуровневых зданий. Проехали длинный мост через Майн, на английский манер река звалась бы Мейн, а ещё миновали крупный железнодорожный вокзал.
В какой нас привезли отель, я тоже не особо интересовался. Только услышал предупреждение нашего сопровождающего:
— Проживание предоставляется организаторами для всех участников. Неудобно было отказываться, поэтому просто будем об этом помнить. И лучше бы вам остановиться в общем номере.
Супруга поддержала кивков моё молчаливое согласие.
С этим мы вошли в вестибюль гостиницы, что занимала всё здание. Находились мы в той части города, где постарались восстановить исторический облик. Поэтому место нашего проживания выглядело весьма скромным в своих размерах, сродни той гостинице, где мы останавливались с Изуми в Москве.
«М-да, с Изуми. Там и справились, наверное, с будущим пополнением. Или уже после возвращения.»
На стойке оказался мужчина, примерно мой ровесник. Он обслужил пожилую чету итальянцев, если я не ошибся на слух с языком. После сотрудник отеля занялся нашим заселением. Изучил документы, переговорил с Дмитрием Степановичем (кстати на английском) о цели визита и протянул нам три ключа от разных номеров.
— Нас с женой заселите в один номер, пожалуйста, — высказал просьбу.
— Простите, — он ещё раз заглянул в компьютер, — у нас нет информации о том, что вы женаты.
— Мы в разводе, но предпочитаем проживать вместе, — улыбнулся, но совсем не весело, — старые привычки.
Опять он принялся бегать глазами по экрану монитора.
— Вы знаете, у нас нет подходящей по комфорту комнаты для вашего проживания. Две отдельных будут значительно удобнее.
— Не нужно других комнат. Сохраним вам деньги. Просто дайте ещё один ключ от вот этого номера. Они же должны быть одинаковые?
— Да. Верно, — вежливо кивнул мужчина.
— Замечательно, — кивнул ему в ответ.
— А я заберу вот этот ключик, — сориентировался Старов, — чтобы между этажами не бегать.
Только сейчас заметил, что капитану дали комнату на другом этаже.
— Мы пойдём, — опередил возможные новые возражения разведчик, — не потеряемся! А с вещами я помогу.
Мы и пошли, не услышав в итоге возражений. Вещи, как и обещал, в помещение помог занести усатый мужчина, а потом быстро удалился. Без договорённости со второй стороной я решил занять ватерклозет, название которое неожиданно всплыло на местном языке. Решение такое принял не потому, что уж очень разобиделся — просто в дороге от тяжких раздумий упустил момент, когда понадобилось в эту самую спасительную комнату.