Сцепив зубы, мощным толчком телекинеза закидываю свою тушку в огромную рану на гигантском глазу Отца. Она сочилась изнутри густой и вязкой тьмой, мощно воняющей страданиями. Это же сколько этому уебку народу скормили поклонники-то, если его внутренняя суть настолько пропиталась предсмертным смрадом жертв? Триллион? Два? На каком протяжении времени? Сто, триста веков, миллионы тысяч лет? Да ебал я столько жить в принципе, не говоря уж про все остальное — жертвы, фанаты-поклонники-верующие…
Изнутри рана напоминала небольшую, но крайне сырую пещеру, которую «выбурили» с помощью мощной струи сверхагрессивной кислоты. Не до конца растворенные, содрогающиеся от болевых спазмов клочки плоти «папани» свисали то тут, то там, придавая «пещере» антураж скотобойни… Воткнув ритуальный кинжал поглубже в полуреальную божественную плоть и скастовав прямо через него парочку «Выжиганий Скверны», я достал из инвентаря свою цепь. Пока заклинание делает «бо-бо» батяне, выжирая его ауру, у меня есть время накинуть еще говнеца на вентилятор. Иди, миленькая моя, можешь перекусить поплотнее, шведский стол перед тобой — наедайся с запасом! Цепь в ответ ласково зашелестела своими звеньями и «щучкой» вбурилась в импровизированный «потолок», разбрызгивая повсюду влажные куски плоти. Мда, блять… Я протер глаза от едкой божественной кровушки (папаня удар держит херово — почти полностью воплотился от боли), зеньки мои неистово пекли. Ну, заебись, вот тебе и сопутствующий ущерб подъехал. Скастовав пяток раз подряд «Темное восстановление», мой снова ясный взор случайно упал на «выход из пещеры Али-Бабы-Али-Деда». Тот кусок астрала, что мне виден из дыры в плоти, кипел от энергий, которые проходят совсем рядышком. Армагеддец, в натуре, можно ачивку за просмотр во плоти и из первых рядов? Странно, не дают… Может, не так прошу?
Усилием воли очистил мысли и снова «ныряю» в инвентарь. Достав, в пару к ритуальному, кинжал из адаманта — металла «Убийцы Богов», я со всей ярости и с боевым кличем «Шо не съем, то понадкусываю!» с двух рук начал ковырять божка на маленькие кусочки. Мое тело покрывает заклинание «Аура Предвечной» — густой зеленый туман действовал на незащищенную нежную божественную плоть как царская водка на золото — то есть растворял вроде не спеша, особенно для меня, но неумолимо. Пирокинез, на пару с криокинезом, шипастыми лезвиями пронзал божественную плоть. Бррр, чет меня от крови этого подонка мажет… Прогнав поток чистой маны и пси через энерго-каналы, я немного пришел в себя. Ну, ништяк, блять — как не понос, так золотуха! А накинем-ка треть выработки маны на «Ауру Предвечной», магия смерти по своей сути абсолютный антисептик — она выжигает все дочиста, не трогая только ядро души. И то, с помощью магии Смерти (как и Жизни, кстати), Искрой можно манипулировать в довольно широких пределах. Так что поддам-ка я газку, причем буквально! Туман мигом кристаллизовался, оседая на поверхности мягкого внутреннего мяса папани. А после кристаллы начали расти вглубь, пожирая все на своем пути.
Папаша тут же взвился, пытаясь взять более высокую ноту в симфонии абсолютной боли. И у него получилось, мать его! Вибрировала, казалось, сама Вселенная, энергии потеряли осмысленный ток, разлившись полноводными реками, как будто специально стараясь затопить собой все сущее. Благо система откачивала дармовую энергию галлонами, бешено накручивая счетчик бахиони. Хоть какой-то плюс. А вот сейчас будет реально бо-бо. Слава яйцам, что не мне, а врагу — это второй плюс. Вырываю кусок кристаллизовавшейся плоти, запихиваю сразу в инвентарь — про запас, свое карман не тянет. Крик перешел в какофонию из скулежа и повизгиваний. Наше дело правое — мы победим! Тяни все что не приколочено в схрон — когда-нибудь пригодится! Очередной, где-то метровый кусок кристаллов отправился в подпространственную кубышку. А следом сразу пять — я пустил на «Ауру Предвечной» всю свободную ману. «Земля» под ногами мелко-мелко задрожала…
— Херово тебе, мразь? — выдал я хрипло. Нахера — не знаю, накипело, наверное. — Я мог бы легко стать богом, причем давно, но я этого не сделал. А знаешь почему?
Примерно десятый вырванный кусок плоти открыл под собой жирненькую, толстенную артерию, полметра в обхвате, местами напоминавшую обычную сизую кишку. Хз, что течет в ней, но по любому что-то важное — никто не будет в глаз встраивать прямую кишку, да и вообще кишки, в принципе. А значит, выбора особого у меня нет — адамантиевый кинжал или ритуальный.
— Стопудово знаешь, тварь… — я мимолетным желанием направил силу «Ауры Предвечной» на часто пульсирующую артерию. — Вера. Когда в тебя верят миллионные толпы, легко потерять себя в потоке чужих понятий и принципов, которые «бонусом» приносит бахионь. Из тебя начинают создавать эгрегора, по твоим жилам бежит уже не твоя кровь, а ментальный конденсат, порожденный мыслями и желаниями общности верующих в тебя. И такое бытие просто становится бессмысленным — ты всего лишь марионетка чужих сознаний, не более. Так что сдохни с радостью — я подарю тебе покой небытия!