Я же, раскинувшись по всему пламени, все вдыхал и поглощал бесконечную, такую восхитительную энергию. Она пьянила, туманила разум и одновременно дарила бодрость и задор. Каждый кусочек моей души пел от восторга, впитывая и впитывая солнечный ветер, купаясь в нем, насыщаясь им. В этот момент я был искренен, я был собой… Я делился восторгом со всем миром, излучая в пространство «непереваренные» кусочки звезды, и тянулся к ней, прося еще. И она выполняла мои желания. Серия сверх мощных коронарных вспышек подарила мне минуты, растянутые на десятилетия истинного счастья. Я ел и рос, чтобы еще больше есть. Бесконечный цикл повторялся ежесекундно, позволяя мне наслаждаться все большим потоком безумного счастья, бесшабашного веселья и искренней радости, пока однажды меня не затопила БОЛЬ, возвращающая разум. Каждый миллиметр души, совсем недавно певшей от радости и счастья, теперь орал от невыносимой боли, но я вспомнил, «кто я» и «зачем я». На самом краю сознания билась набатом короткая, древняя фраза «РЭШ ЭСССЭ ЙЭЙ ДТОРНЭЭС АСС ИСШТ ДКС». Содрогаясь всей сущностью от невыносимой боли и резонируя оболочками души, я облекал смысл фразы в понятные для себя образы.
«Быть мне, ибо я Творец… Я гряду» — тихий, но пробирающий до нутра, нематериальный шепот разнесся по реальности, прогибая своей властью привычное пространство. Мощная ментальная волна донесла смысл фразы каждому способному мыслить существу на сотни парсек вокруг. Все, услышавшие и осознавшие смысл, на миг увидели гигантскую сферу из черной плазмы около тускло светящейся белой звезды. Многие смогли разглядеть под плазменным шаром маленький, на его фоне, промороженный асимметричный планетоид, с огромной, горящей таким же невыносимым черным светом, как и плазменная сфера, многолучевой звездой. Повторная ментальная волна, несущая на своем гребне все тот же утверждающий постулат, просто выдула хлипкие сознания из реальности, погружая всех невольных зрителей в массовую галлюцинацию. Они были там, в черной сфере, они говорили в унисон с мощным, уверенным в себе голосом, они пропитывались сутью постулата, отдавая свои бессмертные души во имя его… Многомиллионный шепот заставил содрогнуться Вселенную, проникая в каждый ее уголок, он носился гулким эхом по Пустоте, наполняя ее образами и ритмом, рвал ее на части и поглощал ее. Все больше голосов вразнобой шептали, кричали, фанатично орали и скандировали короткие, рубленные слова древнейшего языка. С каждым мгновениям этот жуткий, мистический хор набирал обороты, прибавляя голосов, сводя с ума само пространство. Вокруг разрастающейся черной плазменной сферы то тут, то там появлялись и исчезали пространственные разрывы, насыщая вакуум реликтовым излучением, впитывающимся без остатка «голосами-шепотом». Долго, очень долго тянулся временной континуум, искаженный новообразовавшейся черной звездой, пока однажды голоса наконец-то не слились в один, ослабляя свое влияние на реальность, и время не продолжило свой привычный бег. «Быть мне, ибо я Творец! Я гряду!» — гордо, яростно, безумно пророкотала «звезда» в последний раз, впитывая остатки черного пламени из крохотной, по сравнению с ней, ритуальной фигуры, волнообразно меняя свою структуру. Плазменный шар резко ужался, уплотнившись до каменного состояния, отражая своей идеально ровной и гладкой поверхностью тусклые лучи местного светила и далеких звезд… А после в эту Вселенную на миг заглянула всегда голодная Бездна…
Сфера больше не отражала, о нет, она яростно впитывала любую материю, излучение, пустоту — Бездне никогда раньше не удавалось столь вкусно отобедать. Всего на миг Вселенная в едином порыве вздрогнула от животного ужаса, ощутив на себе ГОЛОДНЫЙ, оценивающий взгляд Бездны. Пока Бездна окончательно не выбрала себе цель. Одним мимолетным желанием к ЕЕ зрачку, ранее бывшему новорожденной черной звездой, понеслись десятки миллионов гигатонн плазмы от рядом расположенного светила. Доли секунды потребовались Бездне, чтобы ободрать и поглотить звезду целиком и без остатка. Реальность стонала, трещала по швам, но выполняла желания Предвечной. Насытившись, ОНА ушла, обещая вернуться. Сфера же, после ее ухода, состоявшая из концентрированной тьмы, пошла сильной рябью. Эта рябь чуть позже начала формироваться в отдельные лица, корчившиеся от удовольствия и боли. Тысячи, миллионы ликов разевали рты в тщетных попытках вдохнуть вакуум полной грудью, стонали, кричали, плакали и смеялись, молились и просили, требовали и угрожали… Сфера запульсировала, рождая ритм, и миллионы голосов вплелись в него. Снова разбивалась тысячами голосов рубленная фраза на древнем языке. Вот только теперь она была подобна грому, вбивавшему в само мироздание короткую строчку постулата, стремясь пробудить разум того, кто все это и затеял. И я очнулся от забвения. «Жить! Выжить любой ценой!». Душ намного больше, чем должно быть… И выживет только сильнейший.