«Чиан… Ты пришел…» — раздался всепроникающий шепот. Казалось, что он одновременно раздавался отовсюду, окутывая жреца не словами, а самим понимаем, смыслом…
— Ты звал, я пришел, Праотец. — открыв глаза и взглянув на ближайший бархан, ответил жрец. Громадная черная песчаная насыпь, отражающая и искажающая свет звезд, пришла в движение. Неспешно и величаво Тьма окутывала звездные скопления, легчайшим маревом формируя гуманоидную фигуру, скрытую под безразмерным, нереально контрастным на фоне Тьмы, черным плащом.
«Ты чувствовал пришествие той что Жаждет?» — несмотря на то, что Праотец обрел более-менее осязаемый облик, Чиану казалось, что с ним говорит сама пустыня. И это, в принципе, было недалеко от истины, ведь все, что окружало жреца, и являлось Праотцом.
— Да, Отец. — почтительно склонил голову Чиан. — Этот голодный взгляд ощутил каждый из народа Истинных. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей.
«Я рад, что мои потомки все еще могут улавливать Дыхание Вселенной.» — с еле улавливаемой гордостью прошептала пустыня. — «Грядут смутные времена, Чиан, и единство Истинных последний шанс к выживанию всего вида. Объедини разобщенные кланы под своей рукой!»
— Но, Отец… — потерянно пробормотал Чиан. — Ты сам ограничил влияние жрецов на правление кланов. Что должно было произойти, дабы ты принял подобное решение?
«Пришествие Бездны…» — грустно прошептала в ответ черная пустыня.
— Но так она приходила и раньше… — просто констатировал непреложный факт жрец.
— Она прорывалась сама, потомок. А в этот раз ее пригласили. — тихим голосом объяснил Праотец, подойдя к своему потомку на расстояние вытянутой руки. Из-под капюшона, сотканного самой Тьмой, на Чиана взглянули ярко-алые глаза с узкими, вытянутыми вертикально зрачками, наполненные первородным мраком. Рука с размытыми очертаниями, состоящая из звездных скоплений, легла на голову жреца, и он увидел…
Огромный многолучевой рисунок, горящий темным огнем на безжизненном куске камня близ величественного светила, фигуру разумного, до жути напоминающего своим обликом внешность Ушедших, беззвучно горящего в фиолетовой сфере по центру этого рисунка… Мимо внутреннего взора жреца за секунду пронеслись дальнейшие события — Пришествие Бездны, бессильная ярость светила и гибель миллионов разумных. Отголоски восторга и искренней радости существа, безропотно поделившего свой огрызок души с Бездной…
— Это ужасно… — пораженно прошептал Чиан, тряхнув гудящей головой. Подсохшие волосы цвета вороного крыла блестящим водопадом прошлись по жилистой спине жреца, на миг обнажив слегка заостренные кончики ушей. — Кто этот безумец, Отец?
— Пришелец из иной Вселенной. Как ты подметил, он внешне похож на Ушедших, но суть у него совершенно другая. — плавно убрав руку с головы своего потомка, ответил Праотец. — Он то, с чем Ушедшие боролись до полного своего уничтожения. Он подобен мне, но совершенно иной. И он несет этой Вселенной лишь боль и страдания одним фактом своего существования. И поэтому именно сейчас Истинные должны сплотиться как никогда прежде! Отбросить деления на расы и кланы, забыть как страшный сон расовые, родовые распри и повести твердой рукой все прочие народы в светлое будущее. И ты, мой потомок, избран мною для этого! Я дам тебе силы, о которых эта Вселенная уже успела позабыть, я дам тебе знания и мудрость, все ради того, чтобы мои потомки жили и правили. Но в обмен, когда закончится твой жизненный путь, ты станешь мной… — Чиан застыл в глубоком шоке от слов своего предка. Сознание просто не могло воспринять, что такое предложение Праотец делает ему, младшему жрецу из захолустной планетки, все достоинства которого заключаются только в молодости.
— Спасибо, Праотец. — упав на одно колено, фанатично произнес Чиан. — Но я не могу принять эту ношу. Я недостоин такого…
— Достоин. — сверкнув алыми глазами, перебил своего потомка Праотец. — Как никто другой. Так что прими мой дар.
Калейдоскоп созвездий закружился над голов Чиана, песок пустыни медленно стекал к ногам жреца, впитываясь в ничем не скрытое тело. Спустя некоторое время и звезды целыми Галактиками начали поглощаться жрецом, закружив того в хороводе образов и воспоминаний… Казалось, свистопляска Тьмы и Света будет продолжаться вечность, но лишь спустя десять минут из глубокой песчаной воронки поднялся массивный жилистый силуэт — обновленный жрец явил свою новую внешность своему предку. Рост Чиана стал под два с половиной метра против прошлых метра восьмидесяти, плечи раздались вширь, фигура бугрилась объемными стальными мышцами. Худосочная, но жилистая фигура жреца осталась в прошлом. Но больше всего изменились глаза — красные с вертикальным змеиным зрачком. И пусть до внушающих религиозный трепет глаз предка Чиану было еще далеко, но жути своим взглядом он уже вполне мог нагнать.