Сконцентрировавшись на ментальной ауре города, жрец быстро вычленил «проблему». Еретики, видя свою неспособность сражаться в честной схватке со Стражами Веры, наделенными Отцом малой долей своей силы, перешли к «грязной» войне. Удары исподтишка, минирование, засады и прочие уловки бесчестных мразей собрали хороший урожай смертей среди Стражи, на время приостановив наступление. Чиан сконцентрировался на чувствах и эмоциях своих последователей, пытаясь вычленить момент следующей подлой атаки. Ждать пришлось недолго — от одного из отрядов чистильщиков потянуло растерянностью и злобой. Перенеся фокус своего внимания туда, жрец «посмотрел» на мир глазами подчиненных. Время замедлило свой бег.
Молодой щуплый паренек сидел на кофре с плазменными минами и спокойно ждал, пока в его дом втянется побольше Стражей, сжимая в руках мощную противотанковую активированную мину на антиматерии. Вряд ли он ведал, что творит. Рядом с ним, обняв паренька за ногу, на полу сидела девочка, судя по внешнему сходству — сестра, и напряженно жмурилась, изредка вздрагивая. Она определенно являлась эспером и просвящала братца о скоплении вражеских сил. Когда Стражи приблизились почти вплотную, на лице парня не дрогнул ни один мускул. Он посмотрел на врагов с презрением, криво улыбнулся, закрыл глаза и подорвал мину. Огненный гриб, взмывший в небеса на километры, жрец наблюдал уже своими глазами. Ударная волна важно и не торопясь пронеслась по городским строениям, срывая крыши и складывая стены, будто карточные, попутно потушив многочисленные пожары, и теплым упругим порывом ветра обдала жреца. Тот отвернулся, раздраженно сплюнув. Мысленным усилием Чиан связался с другом, приказав вывести уцелевшие войска и бронетехнику из города. Спустя полчаса уцелевшие остатки города накрыл полновесный орбитальный удар.
Жрец, понаблюдав за феерией энтропии, поднял оторванную голову вровень со своими глазами и всмотрелся в тьму, поселившуюся в глазницах.
— Я не подведу, Отец.
* * *
Объединяю плазменные сферы в один протуберанец, прошивающий линкоры навылет, но не взрывающий их. Недавно я нащупал именно ту точку на вражеском корабле, ударив по которой протуберанцем, можно полностью вывести линкор из строя. Он просто потеряет управление, но останется одним куском. С плазменными сферами такой трюк не провернуть — детонируют, собаки. Огненное копье без устали пронзает один линкор за другим, оставляя после себя неподвижные круглые туши с оплавленными сквозными пробоинами. Протуберанец ломаным росчерком шьет космическое пространство, стремительно уничтожая вражеские корабли и раскрашивая полотно пустоты яркими красками. Я на эту картину смотрел с удовлетворением — ничто так не услаждает взгляд, как вид поверженного противника, ага. Напор на мой плазменный щит снизился на порядки, позволяя отвлечься от боя и защиты, так что время поглазеть по сторонам теперь было. Противников, между прочим, осталось немного — с пару сотен где-то, плюс некоторая часть вражеских кораблей уже являлась «носителями» одержимых.
Но все изменилось в один миг. Семьдесят линкоров разом завибрировали пространственными искажениями и взорвались нестабильными гиперворонками. Зацепило всех — кирпичнообразные космические «мамонты» в миг лишились крепчайших энерго-щитов и расцвели огнями внутренних детонаций. Три из них через десяток мощных внутренних взрывов и вовсе вспыхнули сверхновыми, добавляя «говна на вентилятор» кое-как цепляющимся за жизнь собратьям по классу. Следом за первыми тремя с некоторым запозданием последовали еще трое. Оставшихся просто отбросило силой взрывов подальше, попутно сминая прочный внутренний корпус, что вызвало новую череду взрывов. Но, как ни странно, реакторы не взорвались. Моих длинноухих подчиненных, как и парочку «Назгулов», испарило целиком и полностью. Назгулов, откровенно говоря, было жалко. Все-таки трудновосполнимый ресурс в этой вселенной. А вот парни, несмотря на то, что находились в эпицентре взрыва большого количества антиматерии, чувствовали себя прекрасно. Энергетическое бытие позволяет быть живучее таракана — техника проебывает матушке-эволюции с разгромным счетом. В подпространственном шторме, овеществленном в привычной реальности, так же пострадали больше половины линкоров, «захваченных» одержимыми кораблями, и где-то треть выживших испарило от взрывов «мамонтов».