Аурелия робко вжалась спиной в сиденье. Стоило ей расслабиться, хоть одной мысли – посетить голову, явился он. Мадри. Доселе спавший, но тот же самый мадри. И стал наводить порядок в разбросанных Михаилом документах, разбираться в ситуации и пытаться просчитать, что происходит и что будет дальше. Безопасно ли здесь находиться, куда нас везут, кто рядом, можно ли им верить и зачем мы едем туда, куда едем.
Аурелия непроизвольно бросила взгляд на Михаила. Он почувствовал движение рядом и обернулся к ней.
— Что такое? — спросил он. Его зрачки снова сузились до почти полного отсутствия. Видел ли он что-нибудь в таком состоянии? Зрачки медленно начали расширяться. Аурелия молчала: ее мадри помнил, что она дала обет молчания. Вернее он нашел это в ее памяти. Сейчас Михаил заправлял ситуацией, и некоторая информация была скрыта от мадри Аурелии за плотной стеной вокруг Михаила. Он наклонил голову, пытаясь увидеть, что она хочет. Но единственное, что он увидел, – это то, что ее мадри копается внутри него, истерично исча какую-то информацию о их перемещениях и ближайших планах Михаила. Он легко отвернулся, не давая мадри рыться в том, что может испугать Аурелию или вызвать у нее любую другую негативную эмоцию. Он считал это уже множество раз: ее недовольство и истеричное недовольство мадри намного лучше, чем ее страх перед известным, построенным и выверенным планом. А у него были очень далеко идущие планы. Он знал, к чему они должны придти. Ей знать было необязательно, она будет только сильнее волноваться, а это это ему совершенно не нужно. Может все испортить. Лучше пусть она будет недовольна тем, что он не доверяет ей какие-то вещи.
Аурелия насупилась под платком, закрывающим ее лицо, но Михаил заметил это по сузившимся глазам и сдвинутым бровям. Она тихо и очень недовольно зашипела: это голос мадри, не ее. Ее зрачки в дрожащей радужке сужались и расширялись от ярости ее внутреннего голоса, которую он не мог выразить. Аурелия отвернулась. Мадри успокоился, беспокойно улегся, но обиду не забыл. При удобном случае он найдет способ отомстить. Но и это Михаил уже просчитал. Существовало несколько способов, которыми он сможет мстить, но мадри Михаила знал каждый из них, и на каждый из них у него имелся ответ. Мадри никогда не подвергнет опасности своего носителя, так что то, что он уведет куда-то Аурелию, можно было смело отметать. Она никуда не денется, а значит он сможет противостоять любой попытке мести. В большинстве просчитанных его мадри случаев достаточно будет схватить ее и зажать ей рот. В некоторых можно ограничиться только схватыванием.
Мадри Аурелии истерично теребил бумажки, которые успел отобрать у Михаила. Все тряслось от его ярости. Аурелия не могла поверить, что Михаил что-то скрывает от нее. Она все еще его хозяйка, его тело и душа принадлежат ей, хоть фактически больше и нет. Он не имеет права что-то скрывать от нее, но когда она пытается натравить на него своего мадри, отворачивается, чувствуя подставу и что она может до всего докопаться. Аурелия стиснула пальцы в кулаки. В этой ситуации ее злило только то, что ее злость не получала выхода. И так по кругу, по кругу…
***
Когда водитель остановился, Аурелию уже потряхивало от молчаливого гнева. Она не могла дождаться, когда они скроются за дверью чего угодно, останутся совсем одни, и тогда она душу из него вытрясет.