Когда шаттл сел, и открылась нижняя дверь, Михаил взял Аурелию под бок и повел за собой. Он тут же взял гравимашину до твердыни Альма Матур. Вести их согласились только после предъявления приглашения, подписанного самим герцогом, которое у Михаила, разумеется, было. Иначе он бы сюда не сунулся. Водитель задрал цену в три раза больше. Увидев рядом с Михаилом бабу, он решил, что и надбавку за извоз тот оплатить сможет. Машина была неплохой, по дороге она двигалась гладко, и Аурелия снова быстро заснула.
Космопорт плотно прилегал к городу, но твердыня Альма Матур находилась в отдалении. То ли Хейяты не любили шум, то ли просто напросто скрывались.
Прилетели они ночью: было темно, так что Михаил предположил, что сейчас ночь. Однако на горизонте слабо краснела светлая полоска. По мере продвижения к Альма Матур она становилась шире и шире, а когда они совсем подъехали, уже зарозовела белая звезда. Михаил отдал водителю обговоренную сумму, растолкал Аурелию, и они вышли на улицу. Их подвезли к самым воротам Альма Матур, однако сама твердыня располагалась не меньше, чем в пятиста шагах за забором. Аурелия захныкала.
— Я не хочу туда идти. Это далеко.
— У нас не особо есть выбор, — сказал Михаил, подошел к звонку на воротах и нажал кнопку. Он попросил предъявить документ. Михаил показал карточку, звонок запищал, и ворота открылись. — Идем.
Он взял чемодан и кивнул Аурелии, чтобы она шла впереди. Она нехотя пошла по широкому тротуару, щурясь на расширяющуюся полоску света на горизонте. Первый раз в жизни она видела, как восходит солнце. На Тигардене, если долго идти, тоже можно было увидеть, как восходит солнце, но тут оно вставало само – медленно ползло вверх, освещая черные ели и серую дорогу, ведущую к черному замку. Аурелия остановилась на середине пути – тропа шла в гору, и она подустала. Она подняла голову, наблюдая, как гаснут звезды на голубеющем от рассвета небе. Белый карлик – размером с горошину точка – поднялась над горизонтом и медленно, едва-едва заметно ползла вдоль него. Михаил встал рядом с ней, устало выдохнул, и тоже поднял глаза к звезде.
— Как тебе? — спросил он. Аурелия кивнула и шмыгнула носом.
— Красиво, — ответила она, поплотнее закуталась в пальто, приподняла подол платья и направилась дальше. — Идем, мы уже и так долго.
Михаил поднял чемоданы и пошел следом. У ворот замка их встретил дворецкий. Он учтиво поклонился, взял у Михаила вещи и коротко кивнул на Аурелию, даже не удостоив ее взглядом.
— А эта женщина с вами, простите? — спросил он. Михаил посмотрел на сжавшуюся под пальто Аурелией, растерявшей за последние месяцы всю свою королевскую стать, но взгляд ее оставался все таким же суровым.
— Моя наложница, — сказал Михаил.
Дворецкий кивнул. Он перевел взгляд на Аурелию.
— Как вас зовут? — спросил он.
— Марго, — ответила она, облизнув губы. Дворецкий снова кивнул и повел их в замок.
— Марго, если вы не устали, я сначала проведу вас к покоям вашего хозяина? — спросил он, не оборачиваясь.
— Да, я не против.
Он кивнул. Для Михаила стало удивлением, что мужчина на Хейяте так уважительно относится к женщинам, которые должны считаться не более, чем вещью и приятным приложением. Дворецкий молча вел их по полутемным еще коридорам, в который уже раз любуясь готическим старым убранством замка.
— Позвольте поясню свое поведение.
— Да, было бы кстати.
— Дело в том, что личные наложницы пользуются особым расположением персонала и других девушек, — сказал он. — Им бесспорно нужно знать, где находятся ваши покои, поэтому я и предложил ей пройти сразу с вами. Я, знаете, тоже человек занятой, и у меня не слишком много времени. Я предпочел сделать два дела одновременно.