— Да, прекрасно, — ответил Бог-Фараон и опустил взгляд на Авацину, которая огромными глазами разглядывала небо. — У вас очень мягкие постели.
Авацина незаметно встряхнулась. Может быть, Диана права, и Бог-Фараон ей нравится. Но так даже лучше, разве нет? Так ей будет проще убедить его, что он нравится ей.
— Звезды такие красивые, — сказала Авацина и бросила короткий взгляд на Бога-Фараона. Он вздохнул и поднял глаза к небу.
— Да, — его губ коснулась теплая улыбка. — Подумать только, вокруг этих звезд столько возможностей для человеческой жизни. А мы с вами выбрали такие странные и, я бы даже сказал “земные” места.
— К чему вы клоните? — Авацина сдвинула брови. Бог-Фараон усмехнулся, взял ее ладонь, раскрыл и провел пальцами по линиям.
— Я к тому, моя дорогая Королева, — сказал он, сжав ее руку, — что вам уже двадцать четыре. Как минимум одна пятая жизни бездумно растрачена.
Авацина медленно кивнула, пытаясь угадать, что он имеет ввиду. Бог-Фараон проскользил взглядом по ее плечам и лицу и продолжил:
— Вскоре ваша красота увянет, а в конце останется лишь хладный труп. А к проживанию на большинстве планет ваше тело вообще не приспособлено, — он сплел их пальцы и поднял взгляд к звездам. — Я имею ввиду, Королева, что мы – человечество – научились создавать огонь и электричество из подручных материалов, мы способны синтезировать материю фактически из ничего, но, несмотря на это, человеческая жизнь все так же хрупка и скоротечна, — он посмотрел на их сплетенные пальцы и погладил ее нежные костяшки.
— Сколько вам? — спросила Авацина, и Бог-Фараон поднял на нее взгляд. Он вскинул брови и наклонил голову.
— Много, — просто ответил он. — Я ведь Бог, дорогая. Поэтому так легко могу судить о скоротечности человеческой жизни. Для меня люди, вроде вас, – это просто пшик. Я часто даже не замечаю, как одно поколение сменяет другое. Вот, вроде бы, недавно я был на коронации вашей матери, а уже вот и вам двадцать четыре…
Авацина задумалась над его словами. Всем известно, что Бог-Фараон – вечен, всесилен. Бог-Фараон все видит и все знает. Она поджала губы.
— Можно задать вам вопрос? — она подняла на него глаза. Бог-Фараон кивнул, взяв ее ладонь обеими руками. — Если вы…
Он запнулась и прикусила губу. Она не смогла придумать, как сформулировать это внезапно родившееся в ней чувство тревоги. Будто что-то было не так. Будто ее где-то подставляли.
— Если вы долгожитель, — сказала, наконец, она. — И если вы и так Бог. Тогда зачем вам Корона моей матери? Чем она вам поможет? И почему вы так уверены, что она выберет вас?
Бог-Фараон тихо фыркнул и покачал головой.
— Не думайте об этом, дорогая.
— Нет, я хочу знать.
Мужчина тяжело вздохнул, сел на застеленную постель, потянул Авацину за собой и усадил рядом. Он взял обе ее ладони и сжал.
— Это банальная подстраховка, — сказал Бог-Фараон и облизнул губы. Он заглянул в кроваво-красные глаза Авацины на белоснежном лице и увидел, что она не удовлетворена этим ответом. — Дело в том…
— Допустим, мне неинтересно, для каких целей она вам нужна, — перебила его Авацина. Это может быть слишком личным вопросом, и она не хотела, чтобы он выдавливал это из себя. “Подстраховка”, пока что этого достаточно. — Но почему вы считаете, что Корона выберет вас?
— Это очень просто, моя Королева, — он улыбнулся. — Вас ведь она выбрать не может, так?
— Допустим, — Авацина кивнула. Корона действительно не могла выбрать ее – печать уже ее не выбрала, а их мнение не меняется. — Но почему именно вы?
— На правах первого, кто к ней прикоснулся после смерти вашей сестры.
Авацина задумалась. Она не знала, как Корона выбирает следующего наследника, но “на правах первого касания” звучало правдоподобно. Будто так и надо. Авацина поджала губы. А если нет? Вот а если на минутку представить, что Корона выбирает наследника как-то по другому? Например…
— ...из родственников правящей семьи?
— Это невозможно, моя Королева, — тут же ответил Бог-Фараон. — Все, кто мог занять место Бренны, уже будут мертвы. У вас не осталось семьи.
Авацина медленно кивнула и поджала губы. У нее не осталось семьи, и она сама позволила ее убить. А это значит, что великая чета Танг-Ленов прервется. Значит ли это, что ей тоже конец после того, как она передаст Корону? Авацина подняла взгляд на Бога-Фараона. Нет, не может быть, чтобы он избавился от нее, когда ее миссия будет выполнена. Он не такой человек. “Он убил всю твою семью”, напомнил ей внутренний голос, и она опустила глаза, чтобы он не увидел в них слез. Авацина подскочила, вырвав руки из его теплых ладоней и прошла к выходу. Она приоткрыла дверь и замерла.