— Приятно слышать.
Михаил развернулся, локтем опустил ручку и вышел за дверь, оставляя Аурелию наедине со своими мыслями.
Часть 2
День коронации начался рано. Со служанки Бренны, которую Аурелия попросила прислать для досмотра платья. Вместе с ней пришел и Михаил – одетый для церемонии, при мече и кинжале, сел в углу комнаты, ожидая, когда Аурелия соберется.
— Ты один? — спросила она и села за туалетный столик. Расческа путалась в длинных кудрявых волосах, и Аурелия постоянно морщилась от боли. Михаил вздохнул, поднялся из уголка, подошел к Аурелии и отобрал у нее расческу. Он осторожно разбирал ее волосы на пряди и тщательно прочесывал каждую из них.
— Мне надо было весь легион сюда притащить? — спросил Михаил. Аурелия скривилась от боли.
— Нет, я просто спросила.
Она подняла глаза и поймала его взгляд в зеркале. Он вопросительно вскинул брови. Служанка, проверяющая платье, вышла из гардеробной.
— Мне позвать вашу Шанталь, чтобы она вас заплела? — спросила она и сложила ладони перед собой.
— Нет, — твердо ответила Аурелия. — Ты заплети.
— Как прикажете, принцесса, — она поклонилась и подошла к Михаилу. Он уступил место позади Аурелии, и служанка принялась за прическу. — Даже у вашей матери не было столько волос. Можете гордиться.
— Да, обязательно, — холодно бросила Аурелия и снова нашла в зеркале Михаила. Он поймал ее взгляд. — Я хотела попросить.
— Слушаю?
Аурелия поджала губы и хмыкнула. Она не была уверена, кто может попытаться все испортить. Она не знала, плетет ли вообще против нее кто-то заговор, а уж если и да, то бог его знает кто.
— Наверное все-таки Элен и Тереза, — решила она.
Михаил напрягся, но кивнул.
— Я бы попросила быть внимательным в их сторону, — продолжила Аурелия. Она прикусила губу, раздумывая над правильностью своего решения. — Я думаю, они могут попытаться пустить все под откос.
— Например?
— Например, попытаться убить меня.
— Судьба тебе благоволит. Она тебя выбрала. Ты не можешь сегодня не занять этот трон.
Аурелия опустила глаза и прикусила губу, обдумывая слова Михаила.
— Думаешь?
Он покивал.
— Но все равно следи за ними, — приказала Аурелия. Михаил хмыкнул и, улыбаясь, кивнул.
— Что первым делом сделаешь, когда станешь королевой?
Аурелия задумалась.
— Я не думала об этом, — призналась она. — Наверное, стоит разобраться с религией.
— А что с ней?
— В эпоху генных модификаций, развития межпланетных перелетов и био-технологий, люди, доверяющие свои жизни Богам, раздражают меня сильнее остальных. Как можно верить в эфемерные структуры, когда мы бороздим космос и создаем колонии на других планетах? Судьба, Бог, эти ваши “избранные” – лишь детская черно-белая сказка для упрощения мира. если эти черти не начнут развиваться, Тигарден рано или поздно уйдет в распоряжение этой вашей судьбы и треснет по швам. Я искореню эту тупую религию; они будут верить в космос и биомеханику, в нейробиологию и клеточные модификации, в клонирование, в развитие технологий, а не во всю эту чепушню. Если они не начнут думать своими головами, я спалю эти города дотла.
— Признайся, что тебя больше раздражает, их увлеченность или то, что они считают мессией кого-то другого?
Аурелия подняла злобный взгляд на Михаила. Он оперся локтями о колени.
— Подумай. Может, тебе выгодно держать Авацину поблизости?
Аурелия покачала головой.
— Она по-твоему похожа на жумал саадика? Жумал саадик – это выдумка идиотов-фанатиков, чтобы им было кому поклоняться. Если мне будет нужно, я сама выберу этого жумал саадика. Или не выберу никого. Я есть ваша судьба!
— А галт шувуу? Что это?
Аурелия отмахнулась.
— Галт шувуу – такая же идиотская выдумка. Птица, возрождающаяся из пепла. Падет и восстанет.
— Но феникс – символ вашего рода.
— Никто не падет, ты понял меня? Я – ваша судьба!
— Готово, — тихо сказала служанка. — Вам помочь одеться?
— Нет, я сама справлюсь, — Аурелия резко поднялась из-за столика и обернулась. Она дождалась, когда служанка выйдет, и села обратно, схватившись за голову.