Мадри Аурелии не отставал. Хорошо припрятав разговоры с герцогом куда подальше, начал рыться в мозгах Михаила, пока он занят рытьем в мозгах Аурелии. Мадри будто на секунду что-то смутило: он заметался, не зная, куда себя деть, будто что-то вдруг пошло не так. Этой секундной заминки хватило, чтобы пробраться в маленький уголок его сознания, в котором таились его сомнения и переживания, где мадри Аурелии пытался выискать причины его отвратительно мерзкого поведения, в том числе – почему он схватил ее и без ее ведома стал рыться в его вещах. Ооо, мадри Аурелии был далеко не глуп. Ленив, но не глуп – он прекрасно изучил Михаила и поведение его тревожного мадри, так что знал, где они оба предпочитают хранить свои мотивы. причем его мадри иногда так искусно их скрывал, что Михаил даже не мог их потом откопать. Это либо в отделе страхов, либо в сомнениях, либо лежит на поверхности с чувствами и другими дурацкими мыслями.
Мадри Аурелии подозревал, что может двигать этими двумя: либо ревность и зависть, либо зависть к другому. В первом случае это ревность и зависть в сторону герцога Авраама. Страх, что Аурелия предпочтет его, как ее мадри, собственно, и заставил ее поступить. Это выгодно. От герцога явно будет больше пользы, чем от солдата, тут он был полностью согласен. Вторая зависть – это зависть Михаила именно к положениею дел: он тоже желал вернуться на Тигарден, но его одолевала какая-то дурацкая эмоция, которая диктовала ему сделать все самому, не посвящать в это Аурелию, чтобы она была ведомой, делала все, как он хочет. Жениться на ней, занять место герцога и уже в роли титулованного человека вернуться на Тигарден, чтобы, может быть, и на Тигардене занимать высокое место рядом с Аурелией. Мадри Аурелии это мало интересовало. Он наоборот был готов сделать все, чтобы Михаил остался в нижнем положении и не лез под руку, когда принцесса решает.
Как и ожидал, он нашел мотив и в том, и в том. Мадри Михаила, он уверен, никогда не докопается до разговоров с герцогом. А вот мадри Аурелии очень легко протиснулся в документацию с заговорами. Ожидаемо, он уже поднимал людей, чтобы выступить с ними против герцога. Нехорошо. Убрать его – тоже нехорошо. Но если он уберет герцога, будет плохо. Видимо, нужно начинать движение против него, хоть он и помогал до этого.
Михаил отпустил Аурелию и отвернулся. Она несмело отступила, до нее постепенно доходило все, что ее мадри раскопал в Михаиле. До Михаила ничего не доходило: его мадри ничего не нашел. Аурелия сжала зубы и вздохнула, обдумывая его поведение. Она во многом была согласна с выводами мадри. Теперь стало окончательно ясно, что он ей больше не друг. Почему бы не дать герцогу жениться на ней, помочь в возвращении Тигардена, развестись, уехать, и забыть об этом? Оба негодовали. Для Михаила было даже немыслимо, что Аурелия может сотрудничать так же плодотворно с кем-то еще. К тому же, с таким мерзким человеком, каким ему представлялся Авраам. Аурелия успела уже узнать его с другой стороны – это не делало его менее мерзким, но она уже могла позволить себе работать с ним: он не был глупым, вроде как он знал, как все работает, плюс, он герцог уже довольно долго, намного дольше, чем она – Королева.
Михаил обернулся к ней.
— Если я узнаю, что между тобой и им что-то есть… — сказал он. Аурелия наотмашь ударила его по лицу. Михаил рыкнул и схватил ее за шею. — Не смей, сука.
— Не смей звать меня сукой, — рыкнула Аурелия и снова ударила его по лицу. — Я не твоя служанка.
— Но ты и не моя хозяйка.
— Убери руки, — Аурелия ударила его по ладони. — Ты права не имеешь меня трогать.
— Я сказал… Ты мне не хозяйка.
— Ты мне не указ.
— Ты – моя служанка.
Аурелия скинула с шеи его руку и отошла к двери.
— Я убью твоего Авраама и верну тебя на Тигарден, — спокойно сказал Михаил, глядя на Аурелию исподлобья. — Будь уверена, так и будет.
Аурелия фыркнула и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Она сжала переносицу пальцами. Сообщать Аврааму или нет? Стоит ли ей разобраться с этим самой? Сможет ли она? Или сразу сказать Аврааму, чтобы он разобрался с Михаилом? Но тогда где гарантия, что он не обманет ее? Ведь пока Михаил рядом, можно сказать, Авраам “должен” ей помочь и заменить его. А когда Михаила не будет, он может забыть о помощи ей.