— Пойдём, отведу тебя домой, Ястреб.
Девушка долго и недоверчиво рассматривает его медовыми глазами, всё ещё полными волнения, но, всё же, кивает, улыбаясь уголками губ:
— Пойдём, Феникс.
Они уходят, не торопясь. Бредут по дороге, даже не заговаривая. Тойя всё ещё обнимает златовласую блондинку за плечи, а она, положив ладонь на его спину, между лопаток, мягко прижимается к боку парня. И ему впервые за последние несколько лет так хорошо и спокойно. Пожалуй, это даже всего второй такой момент в его жизни. Первым был тот день, когда Шото сказал ему, что любит.
К слову о разноглазом засранце.
— Кажется, Шото тебе что-то передавал от меня, — заговаривает Тойя. И мгновенно понимает, как сильно начинает биться сердце от волнения.
— Да, — мягко отзывается Кейго. — Сказал, что ты зовёшь меня на свидание, — и вдруг добавляет: — Я знаю, что ты не звал, Тойя. Не волнуйся об этом.
Вот так. Вроде бы, он должен испытать облегчение, но нет. Несмотря на спокойный тон напарницы, да и её понимание, сам беловолосый осознаёт, что ему это не нравится. Поэтому задевает её вопросом:
— Значит, разонравился?
— Кто? — не понимая, переспрашивает девушка.
— Я, — отвечает Тойя и переводит на неё взгляд. — Тебе. Больше не нравлюсь?
А сам едва не задыхается от собственных слов.
Ты же хотел, чтобы это прекратилось. Ты ведь понимаешь, что изувечишь её, если будешь с ней. Так что же не так? Почему же так отчаянно хочешь услышать отрицательный ответ на свой вопрос? Что изменилось?
И понимает – он сам. Изменился, и не заметил этого. Сейчас, как никогда чётко, осознаёт, что именно сказал ему Шото лишь только вчера. Тойя изменился, когда понял, что у него есть семья, есть, кого защищать. Изменился, когда увидел, как сильно в него верит младший.
Щёки Кейго заметно розовеют. Она сильно смущается, но не отводит взгляда от его глаз.
И снова начал меняться, когда рядом появилась эта девчонка, что намертво вцепилась в него своими совсем маленькими ястребиными коготками.
— Нравишься, — чуть дрожащим от волнения голосом доверчиво отвечает она.
Он улыбается ей. Старается мягко.
— Тогда… как тебе завтра? — отзывается Тойя.
— Что – «завтра»?
Он начинает тихо смеяться. Притягивает её ближе и позволяет себе на мгновение прижаться губами к её виску. Девушка краснеет ещё гуще. Да и у самого, судя по ощущениям, лицо заливается краской. Вот пиздец-то, а. Смешно до одури.
— Свидание, пташка. Завтрашний день у тебя не занят?
Она даже останавливается. Кейго просто замирает посреди тротуара, ошарашенно хлопая ресницами. Руки безвольно повисают вдоль тела, крылья так же опускаются ниже, а их обладательница во все глаза рассматривает парня перед собой.
Тойя тоже останавливается и терпеливо ждёт.
Каким же он был идиотом, мать вашу.
— Подойдёт, — спустя несколько минут, наконец, отзывается Кейго. — Завтра подойдёт.
Он улыбается, протягивает руку, а когда крохотная ладошка ложится в его собственную, утягивает блондинку за собой вперёд.
— Тогда тебе придётся мне кое-что пообещать.
— Что?
— Не смей меня фотографировать в том дурацком ресторанчике.
Секундная пауза, после которой Кейго кидается ему на шею и радостно взвизгивает:
— Правда?! Мы пойдём в «Райский сад»?!
Тойя хохочет.
Господи, каким же он был мудаком.
***
К плечу прислоняют холодную банку.
Оборачивается.
Шото с улыбкой смотрит на него и предлагает лимонад.
— Спасибо, мелкий.
Брат садится на крыльцо рядом с ним и устремляет взгляд на девушек на лужайке перед домом – там пташка взахлёб рассказывает все впечатления от похода в ресторан их с Тойей матери и сестре с братом.
На самом деле, место, и вправду, оказалось тошнотворным – все эти цветы, лианы, птицы, ещё какая-то хуета. Официанты слишком слащавые со слишком широкими улыбками, чересчур услужливые и доброжелательные.
— И этих крошечных птичек можно даже брать в руки!
Усмехается.
Но Тойя готов ужинать там хоть каждый вечер, если пташка будет так улыбаться.
— Пойду, послушаю, что там с птичками, — вдруг говорит Шото и поднимается, направляясь к остальным.
Беловолосый провожает его задумчивым, непонимающим взглядом.