А потом меня позвал кто-то. Тихий и мелодичный голос шепнул мое имя – ласково, как матери произносят имена детей. Матери…
Воспоминание озарило спасительной вспышкой темноту: мама целует меня в лоб и говорит, что скоро вернется. От нее пахнет горькими травами и немного – душистыми цветами, а глаза – светло-зеленые, как луга ранней весной, точно такие же, как у меня, смотрят с любовью.
Мама. Таша. Фолкор, – эти имена за короткий миг пролетели у меня в голове.
Я застонала и распахнула глаза. Все тело болело. В горле было сухо, язык распух и с трудом ворочался. Разлепив веки, я увидела низкий потолок, под которым сушились травы – в воздухе терпко пахло полынью и еще чем-то знакомым.
Дом, – спустя мгновение вспомнила я. – Так пахло дома, когда родители еще были… Были со мной.
– Очнулась, – сказал кто-то низким, грудным голосом.
Женщина. Ее прохладная ладонь легла на мой горячий лоб. Усилием воли я скосила глаза, уставившись на нее – невысокая, ниже меня, с длинными русыми волосами, заплетенными в свободную косу и серо-голубыми глазами. Ее тело скрывало просторное зеленое платье, подпоясанное тонким золотистым ремешком, на правой руке красовался изящный браслет в виде паука, обвивавшего ее запястье своими длинными лапами.
– Меня зовут Риа, – она улыбнулась. – Приятно познакомиться, Николина. Как ты себя чувствуешь?
– Отвратительно, – призналась я, и не узнала собственный голос.
– У тебя были сильные ушибы, ожог на плече и ладони, а еще ты бредила, – спокойно сообщила Риа. – Я тебя подлатала.
– Можно попить? – взмолилась я.
Риа кивнула и ушла куда-то, вернувшись с флягой, полной прохладной, свежей воды. Жадно проглотив половину, я откинулась на подушки, заметив, что лежу в мягкой кровати, укрытая одеялом до подбородка. Кто-то переодел меня – я надеялась, что это была Риа.
– Ты целительница?
– Маг земли, – ответила она. – Но я использую свою магию не для сражений.
Она изящным жестом обвела пространство небольшой комнаты, указывая на шкаф, забитый склянками и растения, цветущие в многочисленных горшках.
– Выращиваю травы и готовлю снадобья. Извини, но я взяла на себя смелость порыться в твоей сумке, – Риа обезоруживающе улыбнулась, – у меня не было готовой мази от ожогов. Хорошая работа.
– По рецепту мамы, – выдавила я. – А где… Каллум и Рейган?
– Ждут снаружи. Они принесли тебя ко мне, чтобы вылечить. С ними все хорошо, не беспокойся.
Но я не могла не беспокоиться. Едва я вспомнила про Каллума и Рейгана, то сразу же почувствовала болезненный укол в сердце: Таша!
– Сколько часов я здесь?
– Часов? – Риа удивленно моргнула. – Ты провела в забытье два дня.
Что? Нет.
От шока я едва могла шевелить губами. Два дня?
Это значит… Это значит, что Таша… Я уставилась на Риа широко раскрытыми глазами, чувствуя, как горячие слезы обжигают кожу, как соль разъедает мое лицо.
Она печально улыбнулась.
– Рейган рассказал мне, что вы собирались сделать. Это смелый поступок, но безрассудный. К несчастью, он не принес плодов. Передача жертв у озера Натр уже состоялась.
– Уже состоялась, – эхом откликнулась я, напряженно вперед.
Пальцы скомкали одеяло, скрючившись, словно это был не кусок ткани, а платье Таши. Будто я могла удержать ее возле себя. Слезы теперь безостановочно катились по щекам, но я их не замечала, уставившись в одну точку.
Все было бесполезно. Бесполезно. Я была… Бесполезной. Ничего не смогла сделать – ни с тем монстром, ни с чудовищами в обличье магов.
И за мою слабость расплатилась моя сестра. Сначала – родители, а теперь – она…
Я всхлипнула, не услышав скрип двери. Кто-то зашел в комнату и сел на кровать рядом – она протестующе прогнулась.
– Нико…
Голос Каллума был полон вины и сожалений. Я подняла на него глаза и бросилась к нему в объятия. Обхватив меня руками, Каллум крепко прижал мое тело к себе, успокаивающе погладив спину вдоль позвоночника – простое движение, которые оказалось неожиданно нежным.
Я сотрясалась в рыданиях, обильно смачивая слезами его одежду, цеплялась пальцами за ворот – Каллум терпеливо баюкал меня, шепча мое имя.
– Все кончено, – выдавила я. – Я не смогла спасти ее. Я слабая. Просто человек.
Горе затопило меня с головой. Налетело, как огромная волна, сокрушило все во мне. Не оставило ничего.
– Не говори так, – Каллум обнял мое лицо ладонями, внимательно всмотрелся в глаза. – Ты – не просто человек. Ты та, кем решишь стать. Никому не позволяй отнять у себя выбор.