– Нет, – мягко ответила жрица. – Но благословение – не всегда защита. Скажи ему, что я согласна.
Каллум кивнул и направился обратно к Эйдану, а я повернулась к жрице.
– Ты обманешь его?
– Не совсем. Благословения я попрошу, однако существ из Скалистых гор это не отпугнет, – Ари выпустила прядь из рук и разочарованно посмотрела в серое небо. – Раньше бы отпугнуло. Но… Времена не те.
– Он согласен предоставить нам свой дом, – к нам вернулся Каллум. – Когда ты выполнишь его просьбу?
– На закате. Пусть сложат ветки для большого костра в задней части деревни, – велела Ари. – И собираются, как только солнце сядет. А сейчас…
Она наморщила нос.
– Я очень хочу помыться.
Я была абсолютно солидарна с ней. Староста, получив указания, ушел, а мы зашли в дом – выглядевший снаружи скромно, внутри он оказался довольно уютным и прогретым. От печи шел жар – Ари метнулась к ней, выставив вперед руки, а я отправилась в первую комнату, где стояла большая кровать и стол с четырьмя стульями.
– Мы с Рейганом будем спать в кухне, – за моей спиной появился Каллум.
Я села на кровать и кивнула.
– Устала? – Каллум подошел ко мне и присел на корточки, взяв мои руки в свои.
Мы почти не разговаривали на протяжении двух дней – скача на лошадях, особо не поболтаешь, но я постоянно ощущала на себе его взгляд – внимательный, беспокоящийся. Он был подобно невидимому плащу, согревавшему меня на протяжении всего пути.
– Да, – я улыбнулась ему.
– Ты можешь остаться здесь, – подбирая слова, осторожно начал Каллум. – В безопасности. А мы пройдем через горы и вернемся с Ташей.
– Что ты такое говоришь?
– Николина, у тебя нет магии. Ты не сможешь сражаться. И, – он запнулся, – я очень боюсь тебя потерять. Провидица ведь ничего не сказала о тебе. Там было… Тьма, проблеск, феникс, смерть, – повторил он слова Аллегры.
Я отбросила его руки.
– Там моя сестра. Я должна быть там. Из-за меня вы все здесь, и я не буду отсиживаться в безопасности, пока решается судьба Таши.
Взгляд его ярко-синих глаз стал горящим, нетерпимым – в них полыхнула ярость.
– А я? – спросил он звенящим голосом. – Что насчет меня, Нико? Как я буду жить, зная, что не смог уберечь тебя?
Я смягчилась, видя его боль. Он действительно боялся меня потерять. Я вспомнила, как после своего возвращения в Стеи Каллум каждый день приходил к моему дому, но я гнала его прочь. Иногда он оставлял подарки – для Таши, как он говорил, – но там были не только ленты и куклы, а свежие продукты и лакомства.
Я обхватила его лицо ладонями и дрожащим от волнения голосом сказала:
– Ты меня не потеряешь, ведь ты будешь рядом.
– Да. Я буду, – пообещал Каллум.
Я склонилась к нему. Мою грудь распирало от нахлынувших чувств – мне хотелось кричать и танцевать одновременно. Они бурлили внутри, требуя свободы – требуя, чтобы я приникла губами к его рту, выплеснула все, что я чувствовала сейчас.
– Николина, здесь есть большая лохань, – в комнату ворвалась Ари.
Мы вздрогнули, отпрянув друг от друга. Жрица вздернула бровь, мгновенно замолчав, а потом протянула:
– Я не вовремя?
– Нет, – я пришла в себя первой. – Все в порядке. Лохань —это замечательно.
Каллум, скрывая досаду, встал и вежливо ответил:
– Я позабочусь о воде.
– Хорошо быть магом, – проводив его взглядом, сказала Ари. – Рейган ушел к местным попросить что-нибудь съестное.
Она прошла к кровати и легла рядом со мной, закинув руки за голову. Ее тонкое красное платье местами запылилось, а подол порвался, когда Ари протискивалась утром через кусты к ручью.
– Ты бы хотела быть магом? – вдруг спросила она.
– Да, – честно ответила я. – Это избавило бы меня от многих проблем. Я бы могла зарабатывать больше, не бояться других магов и спасла бы Ташу.
– А какую стихию ты бы выбрала?
– Стихии не выбирают, – я неуверенно посмотрела на нее. – Это невозможно.
– Но если бы ты могла, – настаивала жрица. – Каким был бы выбор?
Я задумалась.
– Вода, наверное.
– Почему вода? Из-за Каллума?
Я вспомнила то спрятанное в глубине леса маленькое озеро с белоснежными кувшинками, и ощутила тоску. Как приятно было на мгновение забыть обо всем, что нас окружало тогда.
– Нет. Я люблю воду. Она меня успокаивает. Вода – это жизнь, – повторила я слова мамы. Раньше она часто ходила со мной и Ташей на реку. Она же научила меня плавать.
Ари тихо рассмеялась.
– Вода – жизнь? Интересное мнение, – ее лицо стало непроницаемым.
Я подумала, что, возможно, Ари задала вопрос про выбор не просто так. Будущих жриц нередко покупали у бедных семей, с ранних лет обучая служить богине. Было ли решение стать жрицей ее собственным? Я спросила: