– Нет, помолчи. Говорить буду я. Ты спросил меня как-то: «Что насчет меня? Как я буду жить без тебя?». Так вот, Каллум – не смей больше подставлять свою жизнь под удар, потому что я тоже не представляю, как буду жить без тебя!
– Нико…
– Да велела же помолчать, – сердито бросила я, подползла к нему и склонилась.
Поцелуй получился соленым, с привкусом моих слез – и невыносимо сладким, приправленным надеждой и любовью, пускающей корни в моем сердце, как самый изысканный цветок. Мы не могли оторваться друг от друга – его губы, восхитительно горячие и жадные, властно целовали меня, заставляя голову кружиться.
«Я всегда думал о тебе».
Каллум целовал меня так, словно пытался восполнить время, проведенное в разлуке. Будто не мог насытиться мной, как голодный – вкусным блюдом.
– Если ради этого стоило умереть, то я не жалуюсь, – прошептал он, расплывшись в улыбке.
– Дурак, – фыркнула я.
– Полежи со мной, – попросил Каллум.
Я замотала головой.
– Если лягу, то усну.
– Тогда просто поговори, – сонно пробормотал он – побочным эффектом отвара была сильная сонливость.
– Ладно, – согласилась я, погладив его по щеке.
Я начала говорить – про себя, про Ташу, и про то, как первые дни после его ухода все ждала, когда он вернется. Как специально проходила мимо дома, где жили его родители, чтобы знать, приехал он или нет. Как хранила его подарок – засушенный букет полевых цветов, собранных у реки.
Я говорила и говорила, пока речь моя не стала невнятной. Каллум уже давно спал, а я чувствовала неимоверное облегчение.
Рейгана я разбудила на рассвете, а сама легла возле Каллума, прижавшись к нему, чтобы было теплее. Мы провели остаток дня и ночи в пещере – и Ари, и Каллум проспали большую часть – а утром второго дня решили идти дальше. Нам осталось лишь спуститься с гор, и перед нами возникнет ледяная пустыня – обитель айсцев.
Каллум и Ари почти оправились от ран – жрица была весела и шутила, что не по зубам даже дракону, чем вызывала гнев Рейгана – несмотря на притворное равнодушие, он переживал за нее. Я видела, как Рейган украдкой смотрел на спящую Ари – в этом взгляде смешивались и боль, и злость, и страх, но деликатно молчала.
Почти все время я проводила с Каллумом – боялась, что его спасение окажется сном, и я вновь увижу его обездвиженное тело. Но он был рядом – как и обещал.
Пустыни мы достигли через день. Несмотря на теплые плащи, мороз был жгучий – кусал за открытые участки, щипал кончики носа и леденил ступни. Ари надела его неправильно – задняя часть с завязками располагалась сзади, открывая ее спину, покрытую розовыми ожогами. Каждый раз при виде нее меня охватывал стыд и холод – но она была теплой на ощупь, утверждая, что никогда не мерзнет.
Ледяная пустыня – обитель замерзшей жизни – внушала трепет перед бескрайними снегами и вечными льдами. Я беспокоилась о том, что Каллум еще не до конца выздоровел для возможной встречи с айсцами, однако Рейган, проведя с ним тренировочный бой, заверил, что он в норме. Наши с Карре упражнения прекратились – я не могла заставить себя взять в руки кинжал. Каждый раз, глядя на него, я вспоминала липкую теплую кровь на руках и боль от потери.
Мы продвинулись далеко на север – в первый день пути по пустыне нам никто не встретился. Ночью Ари не только помогла разжечь огонь, но и поддерживала его до утра, благодаря чему мы не замерзли насмерть. А ближе к вечеру следующего дня на горизонте замаячил замок Фолкора – и тогда пришли они. Айсцы.
Ледяные трупы, покрытые инеем, с пустыми глазницами, внутри которых горел серебристый огонь. Иссохшие руки сжимали мечи, синевато-белую кожу защищали доспехи изо льда. Увидев их стройные ряды и равнодушные взгляды, я задрожала.
Каллум и Рейган выступили вперед, держа оружие наготове. Ари стояла возле меня, нервно потирая руки – вскоре над ее ладонями вспыхнуло два маленьких шарика.
– Мы не причиним вам вреда, – Рейган попытался договориться. – Пропустите нас.
В ответ на это самый высокий из них поднял руку вверх. Как по команде, айсцы рванули вперед – их было много: целая маленькая армия. В воздухе закружились снежные вихри, зашумела вода. Ари послала вперед свой огонь – два крохотных шарика, кажущихся смехотворными на фоне могучих айсцев, вонзились двум из них в грудь, и ледяные воины внезапно рассыпались на моих глазах.
Я повернулась к ней с горящими от восторга глазами.
– Еще, Ари!
– Я пытаюсь, – сквозь зубы сказала она, сосредоточенно глядя на ладони.
Еще два сгустка огня – еще два растворившихся айсца. Ари без сил опустилась на лед, пробормотав: