- Я не желаю, чтобы меня контролировали.
- Не вас, вашу жадность, - призрак вновь оказался перед лицом, глаза поменяли цвет и стали ослепительными, словно яркие звезды. Это было прекрасно, но страшно, - Никто из рожденных в Сети не вступит с вами в сделку. Бессмысленно контактировать с теми, чей образ мышления настолько примитивен.
Дицентра сжала кулаки и зло тряхнула головой:
- Я думала, что рожденные в сети руководствуются логикой и выгодой, а не глупыми философскими бреднями, которые присущи лишь биологическим особям.
Призрачная девушка стала бледнеть:
- Вы правы. У нас иная философия, не похожая на вашу. И нам ничего не стоит убить виртуалов Гиацинта. С нашей точки зрения это даже не убийство, по крайней мере, не в том смысле, что вы вкладываете в это слово. Это не уничтожение. Но нами руководит логика. Мы не собираемся стирать человека, который способствует неким экспериментам, не подвластным в настоящее время даже нам. Кроме того, у него довольно гибкий разум с хорошими творческими навыками. Нам хочется сохранить его. Вы же тоже храните некоторые артефакты, найденные археологами.
- Похоже, сделка не состоялась.
- Мы можем передать вам власть, ограничив виртуалов Гиацинта. Но когда вы станете главой дома Мускари вам придется дорого заплатить за это.
- Я готова.
- Проект Звездная бабочка будет продолжен.
- Да что такого в этом проекте? – вспылила Дицентра, - Это просто консервная банка, которая уничтожает бюджет семьи!
- Чтобы получить власть, вам придется не только отдать эти фонды в наше распоряжение. Вам придется отдать намного больше. Подумайте об этом.
Призрак исчез.
Дицентра резко отключилась, даже не попытавшись вежливо закончить встречу.
«Рожденные в сети, вероятно, более опасны, чем думает большинство людей. Не исключено, что в их планы входит уничтожение биологической жизни. Просить у них помощи слишком рискованно. Такие существа скоро сами начнут захватывать финансовые счета. Необходимо обсудить это на встрече семьи. Не вдаваясь, естественно, в подробности того, откуда у нее появились эти мысли».
Он был счастлив. Кай не думал, что мир настолько потрясающ, настолько реален в своей первозданной красоте. Каждый день он открывал для себя нечто новое. Невероятно, но доступ к огромным энциклопедиям Сети, никогда не побуждал его раньше к изучению окружающего мира. На этом острове все было по – другому. Здесь не было фантастических горок, где скорость кружила и пьянила отчаянных детей, не было сказочных миражей, манящих в невиданные путешествия, здесь вообще не было ничего фантастического и примечательного. И все же в этом месте жила какая – то тайна. Иначе как объяснить, что он мог часами наблюдать за рыбами в фонтане? Или, развалившись на траве, рассматривать небо. Шум джунглей был приятнее любой музыки, а запах тропических цветов и мокрой листвы пьянил больше, чем самый изысканный синтетический аромат. Он часто вспоминал родной город, представлял парк с ассиметричными деревьями – зеркалами, которые менялись и перестраивались согласно программе. До мельчайших подробностей помнил метро с гиперссылками, концерты виртуалов, рекламные проспекты, выпрыгивающие в темноте бара. Странно, но он почти не скучал по той жизни, будто ее никогда и не было. Будто он сам, Кай, никогда и не существовал. Он даже забыл про своего погибшего виртуала, брата – близнеца, навсегда стертого беспощадной машиной департамента, забыл про задание и мотивы, побудившие его на столь странную авантюру. Охотиться за разноцветными бабочками, дотрагиваясь до упругих и мягких листьев, - вот все, что жаждало израненное сердце. Остров, этот живой зеленый монстр, поглощал и растворял непосвященных простаков гораздо быстрее, чем сетевая иллюзия. Кай уже давно отключил функцию дополненной реальности. Не было никакой необходимости в подобном приложении в этом мире совершенных грез. Не нужны подсказки, поучительные статьи о биологических видах. Около виллы он ориентировался и без ссылок, и теперь предпочитал жадно осязать и чувствовать, а не анализировать или изучать. Тут не нужны фальшивые идентификаторы, маскирующие аватары и подсказки Сети.
Гиа часто отлучался. У него были другие курорты, поездки и дела, о которых Кай ничего не знал. Периодически он порывался начать расспрашивать о проекте, но эта тема не проскальзывала в беседах, и зацепиться было не за что. Так он и просуществовал среди зеленного великолепия больше месяца, чувствуя себя счастливым и свободным.