- Понимаю.
- И вы понимаете, что он будет отрезан от внешнего мира на двенадцать месяцев.
- Не думаю, что это проблема. У него есть виртуал, который будет наслаждаться насыщенной жизнью, синхронизируя память и воспоминания со своим близнецом.
- Но мистер Мускари, - доктор аккуратно дотронулся до изображения на мониторе, - Вы ведь предлагаете сделать подобную операцию не просто какому-то клону, ни человеку, которого вы подобрали на улице как биологический материал. Невооруженным взглядом видно, что пациент - высокородный. Высокородные не делают таких операций. Их гены настолько выверены на стадии зачатия, что в хирургическом вмешательстве нет никакой необходимости, особенно в наше время, когда существуют аватары.
- Вы ведь уже догадались, что этот молодой человек будет присутствовать на светских мероприятиях. Причем на мероприятиях определенного уровня. Там нет места для аватаров.
- Вот это меня и пугает больше всего, - собеседник начал барабанить пальцами по столу, - Я ведь до сих пор не знаю его имя, и, полагаю, так и не узнаю.
- Вы верно заметили, не узнаете.
- Вы хоть представляете сколько это будет стоить? - доктор снова покосился на монитор, - Наши операции предполагают определенные циклы реабилитации, вмешательство ЖИВОГО персонала. Мне придется предпринимать массу усилий, чтобы сохранить его инкогнито, и еще больше усилий, чтобы никто и никогда не узнал, кто выйдет из этого заведения. Если вы, конечно, не хотите, чтобы кто-нибудь знал о двойнике Гиа Мускари.
Гиа откинулся на стуле и насмешливо посмотрел на него:
- По - вашему, я буду прятать этот милый цветок?
- Хм..Я полагал… - доктор замолчал, морщина прорезала лоб.
«Ты полагал, что он нужен мне для прикрытия, - подумал Гиа, - Естественно. Ко мне практически невозможно подобраться. Проблема только в том, что подобраться, при желании, можно к кому угодно. И нет ничего лучше, чем иметь тайного двойника, который может заменить тебя на разных мероприятиях. И, естественно, высокородный – лучший материал, тебе ли это не знать. Невозможно обмануть элиту. Любой высокородный всегда превзойдет обычного человека. И дело, конечно, не в красивом лице, великолепном теле и здоровье, в конце концов, это может купить любой богач, но высокородные имеют иные реакции, иное мышление. Именно поэтому они элита. Их всегда можно вычислить. Это особая кровь. Как же ты далек от правды, мой заблуждающийся друг».
Он мило улыбнулся:
- Я пошутил. Естественно, я не хочу, чтобы кто-нибудь знал о вашем неидентифицируемом пациенте. И я заплачу, очень хорошо заплачу. Эта ведь клиника, которая принадлежит муниципалитету? Вы, кажется, глава совета директоров частного инвестиционного фонда?
-Да… - улыбка застыла на губах собеседника. Видимо, он пытался просчитать, как не продешевить, и никак не мог понять, куда клонит Мускари.
- Я куплю ее для вас, - Гиа беззаботно открыл маленькую золотую коробочку и вынул блестящую монетку, перекинул доктору, - Это золотая монета с гербом семьи Мускари, теперь уже таких не делают. Ее выпустили сто двадцать лет тому назад. Я слышал, что у вас в следующем году юбилей. Позвольте мне сделать вам этот скромный подарок. Доктор медленно сглотнул.
- Я имею в виду, конечно же, клинику, - Мускари встал, - Тогда вам будет проще позаботиться о небольших неудобствах, вызванных причудами старика? Я ведь выбрал правильное место?
Он развернулся и вышел, даже не попрощавшись. Цель была достигнута, слова не нужны.
Он вышел из здания и закинул голову, слегка прищурился. Небо было таким восхитительным – глубоким, бездонным, как безбрежный океан.
Прав ли я, что втравливаю его в такое дело? Это слегка опасно. Впрочем, жизнь вообще опасная штука. Большинство об этом забыло. Также как забыло о том, что смотреть на солнечное небо без сетевых фильтров довольно болезненно. Но боль ведь тоже часть настоящей жизни, жизни вне Сети.
Он чихнул и грустно посмотрел на аллею, что вела вглубь парка. Кому-то придется гулять тут в повязках ближайшие несколько месяцев. Когда-то и он гулял тут, много лет назад, весь изрезанный и перешитый, собранный практически из осколков, созданный заново, человек-машина. Гиацинт Мускари направился в сторону парка. Ему предстоял длительный перелет и еще одна встреча. Потом ему надо уговорить одного мальчишку доверить ему свою жизнь.