- Надо заметить, что я не нуждаюсь в вашем признании. Ситуация обстоит таким образом, что я ношу идентификатор Ириса Мускари и являюсь юридическим опекуном биологического ребенка Гиацинта. Кроме того, вы забываете, что только у меня есть информация по паролям и секретным кодам к счетам. В отличие от вас.
- Не ко всем. Далеко не ко всем, - ехидно заметила Драцена, - К тому же, мы лишим вас прав на опеку.
- Не ко всем, - охотно согласился он, - Но это только вопрос времени. К тому же вы не можете лишить меня прав опекуна.
- Вы – неидентифицируемый! - возмутился кто-то, - Немыслимо, чтобы во главе клана стоял человек, происхождение которого вызывает сомнение.
- Полагаю, молодой человек собирается восстановить свою личность, подав заявку на генную идентификацию, - доктор права неодобрительно уставился на него, - Но не думаю, что это позволит вам закрепить за собой соответствующие права.
Драцена кинула какую-то ссылку родственникам. Он почувствовал, что-то изменилось. Похоже, некая информация все-таки дошла до этих самовлюбленных статуй.
- Даже, если тебя признают ребенком Ценцерионов, это не значит, что ты сможешь сохранить статус опекуна Ириса, - Драцена вздернула подбородок.
- Это ты не понимаешь, - он спокойно посмотрел на нее, - Я и есть Ирис. Вы можете судиться со мной бесконечно. Но вы забываете простую вещь – у меня есть доступ к большинству активов, и, в отличие от вас, мою собственность не взрывают. Это значит, что с каждым днем судебной тяжбы вы будете терять свои доходы. Вы, но не я.
- Да, будь ты проклят! – какая-то девушка вскочила, - Значит, это твои люди устраивают эти бессмысленные и кровавые акции? Тебе проще уничтожить наследие Гиацинта, чем оставить его нам? Не боишься, что мы начнем делать то же ?
- Верона, успокойся, - парень, сидящий рядом с ней, дернул ее за руку, - Не думаю, что это люди Ириса.
- Ириса? Ты назвал его Ирисом? – она возмущенно дернулась, - Он такой же Ирис, как я Гиа. Даже у Ириса нет прав владения. Он всего лишь несовершеннолетний гибрид, и мы все об этом знаем! Нам необходимо подключить службы безопасности Восточного Альянса, чтобы они выбили всю дурь из этого парня!
- Это не люди Ириса, - слово взял пожилой человек, - Это акции Подполья. Восточный Альянс и без нашей истерии пробует поймать организаторов.
- В таком случае, как вы объясните тот факт, что за последние недели мы все подверглись атакам сепаратистов. Все, кроме мнимого наследника?
Вокруг него зашептались, некоторые молчали и старались не смотреть в его сторону.
Он усмехнулся:
- Я пришел сюда не для того, чтобы выслушивать нелепые нападки. Мне бы хотелось, чтобы вы наконец поняли простую мысль. Я являюсь законным наследником Гиацинта Мускари. Это означает, что, начиная с текущего дня, все денежные поступления с моих личных счетов в ваши фонды, будут прекращены. В течение нескольких месяцев я получу подтверждение статуса в плане благородного происхождения, после чего полностью вступлю в права владения.
- Этому не бывать!
- Мы не допустим этого!
- Он сошел с ума?
- Парень, а ты не боишься за свою жизнь?
Возмущенные голоса раздавались со всех сторон.
Он встал:
- У вас две недели. Те, кто отдаст мне в управление свои фонды сейчас, спустя полгода будет получать тот же доход, что и до смерти Гиа. Если кто-то хочет рискнуть повраждовать со мной, то рискните. Но в случае поражения вы потеряете все. Вы можете выступить против меня организованной группой, но не питайте иллюзий, что вам удастся устранить меня как Гиацинта. Я позаботился о том, чтобы мои виртуалы были в большей безопасности.
Он развернулся и вышел.
Это не могло быть легкой войной. Он знал это. В ту секунду, когда дверь сомкнулась за спиной, внутри семейства Мускари начался раскол. Кто-то плевался проклятиями, другие невозмутимо дремали. Среди них были те, кого душила ярость, жажда власти и чудовищные амбиции, были и те, кто спокойно наслаждался старостью на маленьком острове, предаваясь созерцанию. Это было предсказуемо. Они не могли объединиться, даже против своего естественного врага – чужака, пришедшего забрать их состояние.