Он вспомнил Звездную бабочку и вздрогнул. Когда его нашли, он лежал на красном снегу, весь в крови. Огромное кровавое пятно на несколько метров. Персонал был в панике. Вокруг бегали и кричали, а он смеялся и смеялся, глядя на звезды. Через несколько минут, врач, стоящий рядом с ним, понял, что Ирис Мускари цел и невредим, жестами успокоил окружающих. Рядом, на боку, лежал окровавленный корабль с растерзанным крылом. Казалось, он тяжело вздыхал и стонал от боли. В ту секунду он почувствовал отчаянье и ужас, будто именно ему сломали крылья, и он, подобно Икару, рухнул на землю, так и не догнав свою мечту. Когда спасатели попытались уложить его на меховые санки, он дернулся всем телом, ринулся к кораблю. Со стороны, это, должно быть, казалось помешательством. Он почти сразу же провалился в яму, зачерпнул руками розовый снег. Они были там, внутри этой коробки, с порванными жилами, с опаленной черной дырой под правым крылом. Он не помнил, что было дальше. Кажется, его перехватили. Возможно, он кричал. Последнее воспоминание – резкий щелчок около запястья. Отключился он мгновенно.
Врачи прописали ему психотропные лекарства. Они пытались лечить его от галлюцинаций после того, как он рассказал о диалоге с эмбрионами. Технически невозможно было слышать их разговоры через внешний интерфейс без изучения специальных символов языка робота. Он не настаивал, чтобы от него быстрее отстали. Но иногда, ночью, он просыпался от одного и того же кошмара – сотни чужих личностей в ярком свете, часть его нового Я. Эти сны преследовали теперь намного чаще, чем сны о корабле, летящем сквозь звездную пустоту. Он никому не рассказывал о них.
«К вам прибыла Дицентра Мускари».
Он почувствовал движение воздуха за спиной. Она, вне всякого сомнения, зашла. Он даже не повернул головы. Интересно, почему она решила прийти? Не похоже, что эта женщина собирается сдаться. Он ухмыльнулся уголками губ. На самом деле, уничтожить ее проще, чем она полагает. В конце концов, достаточно использовать раскол внутри семьи. Может быть, это даже будет правильным решением. Вне всякого сомнения, отдельные акции и попытки убийства спровоцированы именно Драценой.
Он услышал глухие шаги. Она замерла в нескольких шагах.
- Вы так самоуверенны, брат, - услышал он ехидный голос, - Совершенно не боитесь? Думаете я не способна устранить досадное препятствие в вашем лице в этом кабинете?
- Не думаю, что вы пришли за этим, - он обернулся и посмотрел на девушку.
Она была красива. Как всегда. И, естественно, без аватара. Ей он и не нужен.
Девушка замерла, дернула плечами:
- Думаю, ты не имеешь и представления о моих целях. Не думала, что ты так спокойно согласишься на встречу.
- Я не боюсь тебя, - Кай сделал шаг навстречу, остановился совсем близко, - Ты не сможешь убить меня сейчас. Так уж получилось, что теперь я могу передать состояние Мускари на имя другой семьи. Будешь судиться годами. Моя смерть еще имела смысл до выдачи свидетельства о том, что я законный ребенок Ценцерионов, но теперь это фатальная ошибка.
- Может, проще судиться с Ценцерионами, чем терпеть твои выходки? - ее глаза зло сверкнули.
- Ну зачем так раздражаться? Надо уметь проигрывать с достоинством, - он подошёл к ней, сверкнул ослепительной улыбкой, похлопал по плечу.
Она дернулась и сделала шаг назад.
С каких это пор он стал настолько самоуверенным?! Он, конечно, и раньше не был подарком, но куда делся тот неуверенный мальчишка? Такое ощущение, что он жил в семье элиты десятилетиями, а ведь не прошло и года, как он вошел в семейство Мускари, да еще на правах гостя. Кого я вижу теперь перед собой? Это не Гиа, и не Ирис, но это и не знакомый мальчик с вечеринки. Это кто-то совсем другой.
Дицентра нахмурилась и закусила губу:
- Я пришла заключить сделку.
- У тебя нет ничего, что могло бы заинтересовать. К тому же, я осведомлен о твоем положении. Нет никакого смысла торговаться. Если бы я захотел, то уничтожил бы тебя. Твое финансовое состояние с каждым днем хуже и хуже. Все рухнет и без моей помощи.