- Так ли уж без твоей, мерзавец?! Почти все активы принадлежат Ирису Мускари. Личное имущество, которое у меня было, по-прежнему уничтожается сепаратистскими группировками. Никогда не поверю, что ты тут ни при чем!
Он молчал.
Драцена взяла себя в руки:
- Ирис, возможно, я ошиблась, и все-таки хочу поговорить.
Он насмешливо наклонил голову.
Что за ерунда? Откуда все это? Панибратские рукопожатия, хлопки по плечу, циничные и презрительные телодвижения? Неужели уже пропитался ядом вседозволенности и абсолютной власти?
Она осторожно подошла к картине:
- Какая красота! Уверена, что она стоит огромных денег.
- Несколько сотен миллионов, - в его голосе не было ни тени хвастовства или тщеславия. Равнодушие.
Она улыбнулась и посмотрела на него из-под ресниц:
- Я ошиблась. Мне действительно нечего предложить. Мне казалось, что я встречу молодого человека, которого пригрел Гиацинт, или хотя бы его любящего сына. Но тот, кого я увидела – это ребенок Ценцерионов. Сделка не имеет смысла.
- Не думаю, что я сын Мускари, но, полагаю, что и ко второй семье я имею слишком мало отношения. Их фамилия просто удобна для достижения моих целей.
- В поимке Феникса? - она заметила легкий блеск в его глазах, который почти сразу же исчез за маской безразличия.
- В настоящий момент у меня совсем другие цели.
- Ах да, это потрепанная консервная банка…
- Это все, что вы хотели сказать? Мне, кажется, вам пора уходить.
Дицентра повернулась к двери и сделала несколько шагов вперед, остановилась:
- Я хотела сказать, что виртуалы Гиа живы.
Ни один мускул не дернулся на его лице, он застыл, и, казалось, совсем не слышал ее.
- Я знаю, ты не веришь мне. И, тем не менее, это правда. Более того, я единственный человек, который может вернуть Гиацинта.
Он пришел в себя:
- Ты права. Я не верю тебе. Ты последний человек на планете, который бы рискнул вернуть Мускари к жизни. Это ведь уничтожит тебя.
- Возможно, - она хитро улыбнулась, - С другой стороны, если бы мы заключили с тобой соглашение, все могло бы измениться. Но, похоже, для тебя это уже не представляет интереса. Ты и так получил все, что хотел.
Маска спала. На лице Кая боролись противоречивые чувства: недоверие и надежда, страх и сомнение. Он так и не научился до конца контролировать эмоции. Все-таки он привык жить под прикрытием аватара.
- И что же ты хочешь? - тихо спросил он.
- О, немного, - лицо Дицентры засветилось, она поняла, что попала в цель, - Половину наследства и твердых гарантий того, что после возвращения Гиацинт не возглавит фонд Мускари, и не будет преследовать меня.
- Ну как я смогу гарантировать подобное? - он с удивлением посмотрел на нее.
- Нет ничего невозможного. Уверена, умные люди найдут компромисс.
Рин раскачивался в своем воздушном кресле, рассматривая экран. Сегодня не случилось ничего, что могло бы его заинтересовать. По побережью взрывались заводы и здания. Преимущественно, дома Мускари. Он хмыкнул. Скорее всего, это было дело рук нового наследника.
За спиной пискнула дверь. Он дернул рукой, и стена погасла. Вошедший посетитель подошел и присел рядом. Все в нем, начиная от наклона головы до осанки, выдавало представителя высшего общества.
- Привет, привет, - Рин улыбнулся и повернулся к нему, - Твое сообщение меня удивило. Я думал, ты улетел.
- Ну, перелеты между континентами вещь крайне утомительная...
- И небезопасная!
- Вполне безопасная. Просто отнимает много времени. Решил проследить за завершением операции.
- Феникс, насколько я понял, проект воскрешен и больше нет причин для беспокойств.
- Мой план никоим образом не предполагал смерть Гиацинта. Мальчишка слишком слаб, чтоб в одиночку противостоять клану Мускари.
- Но пока-то держится.
- Надолго ли? Впрочем, я пришел сюда по рабочему вопросу, - Феникс протянул маленькую пластинку, - Это карта памяти вашего агента. Полагаю, вам будет не безинтересно прочесть содержимое, - он положил ее на ручку кресла.