вещества, из гоминид превращаются в предшественников человека, а затем в человека (второй скачок, по Я.
Я. Рогинскому, около 40 тыс. лет назад).
Этого недостаточно, указанное новое свойство (новая доминанта) возникает с новой эволюционной
потребностью жизнедеятельности человеко-стаи как нового биосоциального организма — первого зачатка
будущей ноосферы.
Можно предполагать, что до линии гоминид (нижняя часть) доминирует белково-нуклеиновая форма
живого вещества, затем они по своей значимости смыкаются, выравниваются и происходит взрыв, скачок:
полевая форма занимает доминирующее место. Таково первое; самое раннее звено в происхождении
человека.
Все сказанное, разумеется, гипотетично, требует дальнейшего изучения. Но современное состояние
знаний человечества таково, что без изучения именно ранних '(самых ранних) механизмов антропогенеза
невозможно научно обосновать дальнейшие пути эволюции человека, прогнозировать здоровье и
биосоциальное благополучие человечества. Я имею в виду не жгучие проблемы ядерной катастрофы и
экологического кризиса. Нет, речь идет о глубоких и фундаментальных основах современного
антропогенеза и о будущем человечества, если оно избежит сегодняшних социальных и природных
катастроф.
Выявление истинных механизмов эволюции человека может открыть сегодня и новые возможности
для сохранения здоровья, профилактики и лечения патологических состояний (психопатология,
атеросклероз, иммунные дефициты, опухолевые болезни, патологическое старение и др.).
Рассмотрим следующую проблему эволюции человека с позиций космической антропоэкологии. В
настоящее время весь экологический комплекс, его взаимодействие с животными и человеком, развитие всей
биосферы в целом достаточно хорошо исследованы. На этой основе формируются и самые ответственные
прогнозы будущего биосферы и человечества. Выдвигаются концепции коэволюции, экологического
императива и т. д. Все эти важные работы основываются на изучении экологических механизмов, которые
могут быть обобщены, выделены, как форма (вид) сильных экологических связей. Это жизнедеятельность
организмов в реальной планетарной среде (физические, химические, трофические, энергетические,
биологические и др. жизненно необходимые факторы среды). Однако на основании наших многолетних
31
исследований поведения клеточных культур (в разные периоды солнечной, геофизической активности, в
гипомагнитных камерах) необходимо выделить второй вид экологических взаимодействий (среда —
организм) — слабые экологические связи.
Оказалось, что, пока организм функционирует в верхних пределах законов Вернадского — Бауэра
(эффект максимума внешней работы, состояние устойчивой неравновесности), он действует против внешней
среды. В трудовой деятельности человека это реализуется за счет социально-интеллектуальной активности,
культуры и труда ) (об этом впервые сказал русский биофизик С. А. Подолинский в 1880-х годах). Все эти
взаимодействия осуществляются в пределах первого вида (сильных экологических связей).
Если же организм оказывается на нижнем пределе жизнедеятельности ограничений законов
Вернадского — Бауэра, то в таком состоянии его взаимодействия с внешней средой становятся
принципиально иными. Он как бы «уходит» из привычного нам земного, ньютонианского пространства. На
все возможные воздействия этого пространства человек отвечает минимально, чувствительность его
рецепторов, центров к этим факторам изменяется (снижается). Зато его жизнь с доминирующей полевой
формой живого вещества ускоряется, необычайно возрастает чувствительность к окружающей
электромагнитной (полевой) космопланетарной среде, границы его жизнедеятельности в этой форме (виде)
экологических связей необычайно расширяются, стремятся к бесконечности: организм функционирует как
частица беспредельной космопланетарной электромагнитной среды, пространства, его полевой организации.
Необходимо иметь в виду концепцию советского астрофизика Н. А. Козырева о том, что в этом
состоянии начинают проявляться новые свойства космической среды, где время становится материальной
силой (энергетические потоки времени), организм воспринимает потоки времени, величину их плотности,
специфику организации. Возникает так называемое «состояние Козырева» (относительно законов
Вернадского — Бауэра — нулевое состояние). Оно и является выражением слабых экологических связей.
Вероятно, без понимания механизма такого рода связей невозможно оценить и прогнозировать
эволюцию здоровья человека. Мы упоминали о новой структурной целостности популяционного интеллекта
человеко-стаи. В этом едином биосоциальном «организме» определенные члены стаи (возможно, все ее
члены), видимо, обладали свойством функционально воспринимать слабые экологические связи в
реальной жизнедеятельности. В таком случае они владели механизмами дальней психической связи
(дальновидения), подобной той, которую в наше время описали Р. Тарг и Г. Пухтоф. Отдельные аспекты
этого явления изучаются в пределах современной психотроники (3. Рейдак, Чехословакия). Интересные
исследования проводятся в нашей стране (например, в секции физических полей живого вещества общества
радиолюбителей им. А. С. Попова).
На первых порах своего развития многие из людей, видимо, обладали этими свойствами в большей
степени. Затем, в силу доминирования новых социальных механизмов, такие свойства постепенно
редуцировались и в эволюционном процессе сохранились (специализировались) у отдельных людей —
непременных членов человеко-стаи, рода, общины и т. д. Это были практические носители древних свойств,
они выполняли очень важную биосоциальную, психосоциальную функцию регулирования процессов
жизнедеятельности популяции, ее членов. Это были представители естественноисторических процессов,
которые выделялись в культово-культурный институт социального управления: вожди, колдуны, шаманы,
жрецы, целители и т. д. Без такого института эволюция человечества была бы невозможна.
Нет никакого сомнения, что культура составила, как и орудия производства, основание,
социоприродный фундамент общества. И только при появлении социального неравенства, собственников,
вассалов часть этого адаптирующе-адаптивного механизма (культуры, религии) обращается на службу
экономического и политического угнетения, т. е. переходит в структуру надстройки.
Этот социоприродный механизм составляет основу истории вида Гомо сапиенс и не может быть изъят,
уничтожен никакими волевыми решениями, ибо это означает уничтожение человечества на земле
(регионально или тотально). Все сказанное может быть понято, исследовано в русле проблем антропогенеза,
проанализировано для того, чтобы понять сегодняшнее состояние человечества, сделать прогнозы на
будущее. Например, если в первобытной организации человека отбирались необходимые психотипы
(психоэмоциональные, интеллектуальные феномены), то их адекватное развитие определяло и благополучие
популяции (социального механизма сообщества) и благополучие, развитие индивида (личности). В
настоящее время такую возможность соответствия гено-фенотипических личных качеств (призваний,
дарований, талантов) их реальной социально-трудовой деятельности, возможно, имеют не более 3—5%
всего народонаселения. Таким образом, психологические возможности (психологическое здоровье
современного человека в развитых странах) реализуются всего на 3—5%.
Возникают вопросы: не приведет ли такой уровень реализации личностных возможностей в