– Ты что, совсем дурачок? Они только из духовки. Рот себе сжечь решил? – с каким-то материнским упрёком в голосе спросила Хоуп, смотря другу в глаза и нависая над ним, уперев руки в бока.
А тот, словно провинившийся мальчишка, хлопал своими карими глазками и виновато поглядывал на девушку. И Эмили заметила для себя одну весьма важную деталь, хоть глаза Эванса всегда казались ей самыми обычными и простыми, то сейчас она всё же смогла разглядеть в них что-то необычное, а что именно — она так и не могла понять: то ли дело было в глубине их цвета, то ли это всё из-за самого взгляда Рея. Каким он, кстати, смотрел только на неё и никого больше. Поняв, что уж слишком засмотрелась, Эмили скорее отвернулась, и на её щечках появился лёгкий румянец.
Алекс к тому времени достал три больших стакана, нашёл блендер и фрукты: яблоки, бананы и апельсины. Очистив всё это, он начал мелко нарезать яблоко. Эмили и Рей наблюдая за этим, удивились тому, насколько умело Алекс мог обращаться с ножом. Только потом Хоуп принялась отламывать небольшие кусочки банана, а Рей, притихнув и до сих пор дуясь на подругу, делил дольки апельсина. Затем они закинули всё это в блендер, закрыли, и Алекс нажал на кнопку. Неприятный скрежет и, как на зло, громкий звук заполнили всю кухню. Шатен зажмурился, ведь с детства подобных шумных и резких звуков очень не любил, но на что не пойдёшь ради комфорта друзей и вкусного напитка, поэтому Блэк терпел, сжав зубы и кулаки как можно крепче. И через пару минут его мучений у них был приятный и интересный сок с необычным вкусом.
Наконец, друзья сели за ужин. Однако он длился не так долго, как сама готовка. Да и печенье получилось немного пересоленным.
– Я же говорила, что соли слишком много. – смешно сморщив носик подметила Эми.
– Согласен… В следующий раз положим поменьше. – согласился с ней Ал.
– А мне нравится. – резко возразил Рей.
Шатен и девушка промолчали, секундно переглянулись и продолжили трапезу.
Оставшуюся часть вечера они решили провести в комнате Хоуп на втором этаже. Эванс и сама хозяйка дома играли в приставку, а Алекс, найдя у неё интересную книжку по психологии, начал читать, сидя в стороне и включив себе небольшой ночник.
* * * * * * * *
Готовились ко сну они в гостиной, как в старые добрые времена, когда ещё учились в школе. Алекс и Эмили расположились на диванах, а Рей — рядом с диваном Хоуп, только на полу. Когда время перевалило за двенадцать ночи, они отложили телефоны и просто разговаривали, а к часу все постепенно начали засыпать. Первой уснула Эми, хотя больше всех болтала именно она. Рей и Алекс ещё пару минут пошептались, и уснул уже брюнет и только один Алекс ворочался из стороны в сторону до двух ночи. Для него это было обычным явлением: он часто не мог заснуть сразу.
Проснулся Алекс уже не дома у своей подруги, а в совершенно незнакомом ему месте. Он находился в просторной комнате со светлыми обоями, лёжа на большой двухспальной кровати с белыми простынями. Слева от него было большое зашторенное окно. Судя по всему, форточка была открыта, и из-за этого тёмные шторы двигались так, словно ожили, и казалось, что они дышат. Лунный свет тонкими тусклыми лучами пробивался внутрь комнаты, поэтому внутри было достаточно светло. Но больше всего сбивало с толку то, что справа от него явно было что-то или кто-то...
Алекс моментально повернулся, едва успев об этом подумать. Крик, полный ужаса, застрял где-то в горле. Рядом с кроватью стоял, нависая над ним и пожирая его неотрывным и неморгающим взглядом красных светящихся глаз человек в чёрном. Послышался тяжёлый вздох, и из фильтров респиратора на его лице вышли клубы бледного пара. Это был он, тот, кого Блэк искал всё это время. Он молниеносно занёс руку, и парень лишь на долю секунды успел разглядеть как в темноте блеснуло огромное лезвие боевого ножа, отражая собой холодный серебристый свет луны. В следующую секунду это лезвие вонзается в грудь Блэка, по самую рукоять, но Алекс практически ничего не успел почувствовать, лишь неприятный холод от металла, а потом его глаза закрылись.