Так вот, краткая информационная справка, полученная мной, пока мою душу перемещали в новое тело. Полковник Никифоров Николай Матвеевич, родился 24 декабря 1898 года. Ха, младше моего прошлого тела на семь лет: там мне полтинник был, а этому в декабре сорок первого сорок три года исполнится. Командир 25-й танковой дивизии РККА 13-го механизированного корпуса 10-й армии Западного военного округа.
Сейчас восьмое июня. Обычно машину Никифорова в отражении других миров обстреливают из леса на дороге Бельск – Подлясны – Лапы, командира дивизии охраняет пулемётный броневик БА-20, всё заканчивается выбитыми окнами машины, и колонна уходит. В этом мире всё произошло немного иначе: водитель был убит, эмка скатилась на обочину, и пока броневик прикрывал машину командира, его подбили, так как у противника оказалось бронебойное ружьё.
Полковник был ранен, пуля чиркнула по виску, что и отправило его в мир иной. Но портальщики вовремя среагировали и, не дав телу умереть, заселили в него меня. Бой тем временем закончился, и бандиты занялись сбором трофеев. Тело полковника из машины выкинули, приняв его за мёртвого. Скорее всего, на тот момент пульса и правда не было, но появился, как только я оказался в его теле.
Когда моё новое тело задышало, я постарался не издавать шума и особо не двигать грудью при дыхании, это заметно. Быстро прокрутил мысленно, что я помню о Никифорове, а читал я о нём в архиве Генштаба. Вообще, как и обо всех командирах танковых дивизий, но вот про 13-й механизированный корпус читал мало. Там было три дивизии: 25-я и 31-я танковые и 208-я моторизованная.
Корпус находился в стадии формирования, а 25-я танковая дивизия считалась самым сильным соединением в корпусе, в ней было более двухсот танков, в основном лёгкие Т-26, новейших на данный момент не числилось. Дивизия была разбита за три дня в приграничных боях, комдив при выходе из окружения попал в плен и сгинул в лагерях. Это всё, что я знаю. Мало, да? Ну, что есть.
В этот момент рядом послышался шорох шагов, и передо мной кто-то присел. Я уловил дыхание на своём лице и почти сразу почувствовал, как копаются у меня в карманах. Потом потянули за френч; скорее всего, я именно в нём: командиры на начальном этапе войны не маскировались от снайперов, надевая красноармейское обмундирование. Когда выйдет этот приказ, сколько командиров потеряем. Хорошо, что я танкист, мне с этим проще: буду в танковом комбинезоне со шлемофоном ходить, хоть такая маскировка.
Пора. Я резко открыл глаза, отчего молодой бандит вздрогнул, распахнув глаза, но сказать ничего не успел, как и поднять тревогу. Хранилище было при мне, и я уже подобрал готовое к применению оружие из тех трёх десятков, что были у меня в запасе. Выбрал два пистолета «Вальтер ППК» с глушителями. У меня и другие были, но гильзы останутся, так пусть лучше будут от иностранного оружия.
Цилиндрик глушителя ткнулся бандиту в подбородок, и я нажал на спусковой крючок. На лицо мне чуть брызнула кровь, тело начало заваливаться на меня и пришлось его оттолкнуть той же рукой. Лязг затвора не был услышан, потому что как раз в этот момент раздались многоголосые крики. Судя по ним, наблюдатель засёк на дороге колонну армейских автомашин, вот бандиты и стали поторапливать друг друга.
Я сел и осмотрелся. Полевая дорога тянулась рядом с опушкой хвойного леса, а чуть дальше ныряла в лес. Место не самое удобное, но тут засады и не ждут: лес хорошо просматривался, особенно опушка. Вот другой лес, в который ныряла дорога, был смешанный, там можно засаду устроить, но, видимо, у бандитов были причины засесть здесь. Потом выясню, может быть.
Всего бандитов у колонны было с два десятка. Что-то много на меня одного. Покрутив головой, я насчитал семнадцать, убитый мной был восемнадцатым; как я понял, он пытался снять с меня ордена. Все бандиты были одеты в обычную крестьянскую одежду, скинь ремни и отбрось оружие – и не отличишь от простых колхозников. Треть бандитов в возрасте, даже с бородами, у одного седая, он и командовал. Броневик, судя по всему, был на ходу, и они хотели его угнать, даже завели уже, а вот эмка, похоже, нет.
Ещё двоих я засёк на опушке, это был расчёт бронебойного ружья, оба с винтовками подстраховывали своих. Они заметили, что я очнулся и грохнул одного из бандитов, но не успели подать сигнал тревоги. Ну и где-то ещё должен быть наблюдатель, один или двое, если с разных сторон дороги.